Главная » Статьи » Мои очерки

Беловодье, моё Беловодье. Часть 3-ья.
Окончание, начало читайте 1-ой части на 2-ой стр. каталога.
2.11. ЗАВОЕВАНИЯ ЧИНГИЗХАНА И ГОСУДАРСТВО ХАЙДУ
В конце XII – начале XIII веков монгольские племена начали объединяться в единый союз. После упорной и жестокой борьбы вождей различных племён выдвинулся вождь племени борджигин Темучин. В 1206 году на курултае монгольской знати он был избран ханом и принял имя Чингиз. Точнее, это не имя, а титул, от монгольского «чин» – крепкий, а «чингиз» – множественная и превосходная степень. То есть «крепчайший, крепкий из крепких», что соответствует персидскому «шахиншах» – царь царей. Другая версия гласит, что имя Чингиз происходит от «тенгиз – море, океан», то есть «великий хан». Чингизхан создал сильное, дисциплинированное войско и начал завоевания.

После разгрома найманов на Иртыше в 1208 году монголы вплотную подошли к Семиречью. Но война с Китаем приостановила их дальнейшее продвижение. В 1218 году Чингиз-хан вновь направил против Кучлука войско под командованием своего полководца Джэбэ-нойона, который использовал религиозные разногласия в правлении Кучлука. Кучлук был христианином, но по мусульманским источникам, совратился в идолопоклонство, вероятно в буддизм или китайский государственный культ.

В своих походах столкнувшись с мусульманами на Сыр-Дарье, Кучлук стал противником мусульман и внутри своей державы. Начались гонения на мусульман, были запрещены публичные богослужения, требовали, чтобы мусульмане сменили веру или, хотя бы, сменили одежду на китайскую. Учитывая это, Джэбэ объявил, что каждый имеет право исповедовать религию своих предков и, вступив в Семиречье, запретил своим воинам грабить население. Эти действия полководца благоприятно способствовали монголам. Жители приветствовали монголов, как освободителей, Баласагун и другие города Чуйской долины сдались без сопротивления. Благодаря строгой дисциплине монгольского войска, города не пострадали. Баласагун получил название Гобалык – «хороший город», такое название монголы давали городам, сдавшимся им без сопротивления.

После того, как к 1220 году Чингизхан завоевал земли до Каспийского моря, он передал их во владение трём своим сыновьям. Младшему, Чагатаю, была передана территория от Или до Таласа. Впоследствии он расширил свои владения до Амударьи. Его ставка находилась на реке Или. Средний сын, Угэдэй, получил области от Иртыша до Или и Восточный Туркестан. Его ставка была на р. Эмиль. Старший сын, Джучи, получил во владение улус от Енисея до Волги. После смерти Джучи Чингизхан разделил его улус. Первый сын Джучи, Орда, получил Енисейско-Иртышское междуречье (Ак Орда – Белая Орда). Второй сын Джучи, Бату, получил западную часть улуса (Кок Орда или Золотая Орда).

В Прииртышье кочевали кыпчакско-кыргызские племена. Кыпчаки (до ухода в X – XI веках части их племён в Причерноморье они назывались кымаки) – тюркские кочевые племена, проживавшие на территории от Енисея до Днепра. Начиная с X в. и заканчивая монгольским периодом, в Прииртышье переселяются различные кочевые племена из государства Кыргызов на Енисее. Енисейские кыргызы были полуоседлыми племенами, поэтому переселившиеся кочевые племена никакого родства и общности, кроме территориальной, с енисейскими кыргызами не имели. Но, как выходцев из государства Кыргызов, эти различные племена называли общим именем – кыргызы. Смешавшись с кыпчаками, они образовали кыпчакско-кыргызскую общность племён.

Кыпчакско-кыргызские племена Прииртышья находились в составе улуса Орды на особом положении – они имели статус неудельных, «государственных» племён. Ими управляли, но не имели права считать своими. Это отличие впоследствии оказало большое значение в судьбе кыпчакско-кыргызских племён. Раздел покорённых территорий между наследниками стал началом распада империи. В своих владениях Чингизиды (потомки Чингизхана) были полными властителями и не подчинялись «великому хану». Между улусами не было твёрдо установленных границ, что привело сначала к спорам и пограничным стычкам, а затем и к войнам между Чингизидами.

Хотя правители улуса Чагатая назначались всемонгольским ханом, стремление к обособленности было и в этом улусе. Здесь в 60-е годы XIII века возникло самостоятельное государство, правителем которого стал внук Угэдея Хайду. Его отец рано умер, и Хайду воспитывался при дворе великого хана. После смерти великого хана Гуюка (1246 – 1248 гг.) среди чингизидов снова разгорелась борьба за всемонгольский трон. При помощи Батыя, сына Джучи, кааном стал сын Тулуя Мунке (1251 – 1259 гг.). За выступление против Мунке Хайду был сослан на Тарбагатай. Во время изгнания в Тарбагатайские горы у Хайду «не было ни одного отряда из наследия его деда».

Благодаря своим способностям он сумел создать себе владение в долинах рек Эмиля и Чёрного Иртыша. Имея вначале своей карьеры отряд всего в две тысячи всадников, он сумел создать сильное войско и начал борьбу против Хубилая (1264 – 1295 гг.), который в это время был всемонгольскм ханом, но управлял из Китая. В 1269 году на курултае монгольских князей, собравшихся на реке Талас, было объявлено о полной независимости нового государства от Монголии. Государство Хайду занимало земли бывшего улуса Чагатая от Алтая до Амударьи. Чуйская долина стала личной вотчиной Хайду, здесь была его ставка.

Ранее уже говорилось о восстании енисейских кыргызов и его подавлении Хубилаем в 1293 году. В борьбе с Хубилаем за престол великого хана Хайду использовал кыргызов. Получив известие о восстании кыргызов, он в 1293 году посылает им на помощь войско. Хотя отряды Хубилая заняли кыргызские земли, но кыргызы продолжали с помощью Хайду оказывать сопротивление. Благодаря этому дружественному жесту, переселения тюркских племён из Южной Сибири в Или-Иртышское междуречье и, частично, на Тянь-Шань в этот период носили активный характер.

После смерти Хайду в 1301 году началась длительная междоусобная борьба за власть, в результате которой государство Хайду распалось на две части. В юго-западной части Чагатайского улуса, в междуречьи Амударьи и Сырдарьи, образовалось государство Мавераннахр. В северо-восточной части сложилось государство Моголистан (Могулистан). С завоеванием Семиречья было первое переселение монголов на Тянь-Шань. Но и впоследствии, благодаря хорошим пастбищам, они продолжали переселяться в Семиречье. В результате на Тянь-Шань переселилось много монголов. При расселении по Тянь-Шаню монголы частично вытеснили местное тюрко-язычные племена, а с оставшимся населением стали постепенно смешиваться, сохраняя название монголы.

Поэтому образовавшееся государство назвали Могол-улус, Моголистан, то есть «Страна моголов» (тюрки монголов по среднеазиатскому произношению называли моголами или могулами). Моголистан на западе занимал долины Таласа и Чу до озера Кокче-Тенгиза (в начале XVIII века переименованное в Балхаш). На севере граница проходила по озёрам Балхаш и Зайсан, по рекам Аягуз и Иртыш. На востоке включало Восточный Туркестан до озера Баграшкёль. На юге входили Кашгария, Фергана и Алай.

 
2.12. ГОСУДАРСТВО МОГОЛИСТАН И ПОХОДЫ ТИМУРА
Ко времени образования государства Моголистан одна часть населения – монгольские племена и роды – во многом смешались с местным населением. Всё же основная часть монголов Моголистана помнили свой язык и обычаи. Другая часть – местные племена – хотя, как подданные Моголистана, и называли себя моголами, но знали и помнили из какого они рода и племени. По этому поводу арабский автор Мухаммед Хайдар писал: «Хотя киргизы тоже из могольских племён, но по причине частого неповиновения хаканам, они отделились от моголов. Все моголы стали мусульманами и вошли в число последователей ислама, а киргизы, как прежде, остались во власти неверия. По этой причине они отделились от моголов».

Ведущую роль в Моголистане играло племя дуглат во главе с эмиром Пуладчи. Ему подчинялись Восточный Туркестан, Центральный Тянь-Шань (до озера Иссык-Куль), Фергана и Алай. Таласская и Чуйская долины, Прииссыккулье и Прибалхашье до Иртыша подчинялись младшему брату Пуладчи – Камар-ад-Дину. Эмир Пуладчи, не будучи Чингизидом, не мог сесть на ханский престол Моголистана. Он в 1348 году возводит на престол малолетнего Чингизида Тоглок-Тимура, сам же занял при хане должность улусбега – верховного улусного бека. Первый хан Моголистана, желая покорить Среднюю Азию, в 1354 году принял ислам, сделал его официальной религией государства и силой принуждал своих подданных принимать новую веру. Став мусульманином, Тоглок-Тимур считал, что получил право претендовать на власть над всей Средней Азией. В 1360 и 1361 годах он совершил два похода на Мавераннхар.

Его преемник Ильяс-ходжа, продолжая намерения отца, продолжил походы в Мавераннахр, а в 1365 году даже осаждал Самарканд, но безуспешно. Под угрозой постоянных нашествий моголов из враждовавших между собой эмиров выдвинулся эмир Тимур. В 1361 году он заключил союз с эмиром Хусейном, правившим тогда в Мавераннахре, но в 1370 году захватил Хусейна в плен, казнил его и объявил ханом Мавераннахра царевича Сюргатмыша. Став фактически единоличным и полноправным правителем Мавераннахра, но, не будучи Чингизидом, он всю жизнь не смел объявить себя ханом.

Объединив Мавераннахр, Тимур совершает многочисленнее походы, в результате которых к концу своей жизни создал империю, простиравшуюся от Малой Азии до Восточного Туркестана со столицей в Самарканде. В одном из сражений Тимур получил ранение в ногу и после этого заметно хромал, поэтому его звали Тимурленг – Тимур-хромец, в европейском произношении Тамерлан, а его империю «государством Тамерлана». В Моголистане в это время Камар-ад-Дин, воспользовавшись поражениями Ильяс-ходжи, в 1368 году напал на его ставку, во время полудённого сна убил хана и 18 членов его семьи. Как всегда, началась междоусобная борьба. Ханом становится брат Ильяса Хызр-ходжа (1369 – 1399), а Камар-ад-Дин, по примеру своего старшего брата, становится главным улусбеком. Этими распрями воспользовался Тимур, и в 1371 году он начинает свои ответные неоднократные походы в Моголистан.

Пять походов в Моголистан (три из них через Чуйскую долину) совершает сам Тимур, несколько походов, в 1383, 1389 и 1400 годах, совершили его сыновья и эмиры. В этих походах войска Тимура дважды доходили до Иртыша. Показательно, что и умер Тимур на Сыр-Дарье в начале своего очередного похода в Моголистан и Китай. Но, создав громадную империю, он так и не смог в неоднократных походах окончательно покорить Моголистан и присоединить его к Мавераннахру, то есть восстановить бывший Чагатайский улус. Походы на северо-восток, внешне успешные, для Тимура были трудными и всегда оказывающиеся неокончательными. Причины этой неудачи кроются в том, что население Семиречья и Тянь-Шаня, будучи основной частью населения Моголистана и против которого были направлены все походы Тимура, составляли кочевые племена. При нашествии войск Тимура они откочёвывали вглубь степей на север или северо-восток Моголистана или укрывались в труднодоступных горах Тянь-Шаня.

Войска же, следуя тысячелетней практике кочевников, отступив перед вторгшимися отрядами, вдруг наносили внезапные удары с неожиданной стороны, увлекали противника всё дальше от своих кочевий, избегая вступать в решительное сражение. В такой ситуации Тимур отправлял свои отряды на поиск правителей Моголистана, стремясь уничтожить их войска, и грабил не успевших откочевать племена. После ухода завоевателей кочевые племена возвращались обратно в свои кочевья. Поэтому окончательно завоевать восточную часть бывшего Чагатайского улуса Тимуру так и не удалось.

Но всё это не происходило безбедно для народа и государства. Из каждого похода Тимур возвращался с массой пленных и награбленными богатствами. Его нашествия на Моголистан принесли тяжёлые бедствия жителям, сократилась численность населения, хозяйство потерпело огромный ущерб, ослабла государственная власть, усилилась феодальная раздробленность и междоусобица. Но в целом государство сохранялось. В первом походе осенью 1371 года, не встретив особого сопротивления, Тимур прошёл по Чуйской долине и Иссык-Кулю, спустился по реке Или, в районе Алматы повернул назад (скорее всего через Курдай) и зимой возвратился в Самарканд. В начале 1372 года Тимур вновь отправился в Моголистан. На Таласе он разгромил моголов, но по причине заговора военачальников, принимавших участие в походе, прервал нашествие.

В феврале 1375 года Тимур совершает третий поход в Моголистан. Известно, что он предпочитал воевать в зимний период. Из Сайрама (район Чимкента) войско направилось в Талас, затем к Токмаку и оттуда вверх по реке Чу. Джахангир, сын Тимура, западнее Иссык-Куля настиг моголов и рассеял их войско. Тимур взял себе в жёны ханскую дочь по имени Дилшад-Ака. Но это не помешало ему ограбить земли своего тестя и пройти в Северную Кашгарию, откуда он возвратился домой через Фергану. Но не успел Тимур вернуться в Самарканд, как выяснилось, что Камар-ад-Дин не только не повержен, но, собрав остатки войск, двинулся вслед за армией Тимура и овладел Андижаном. Разгневанный Тимур отправляется в четвёртый поход, и опять оказалось, что неизвестно, где находится Камар-ад-Дин. В поисках противника Тимур углубился в горы. Там в одном узком и труднопроходимом ущелье моголы вдруг атаковали войско Тимура.

Сам он остался жив, только благодаря своей отваге и отличному владению оружием. В это время поступило известие о смерти его сына Джахангира, и Тимур возвращается в Самарканд. Зимой 1377 года, после окончания траура Тимур отправляется походом в Моголистан в пятый раз. В этом походе Камар-ад-Дин был настигнут западнее Иссык-Куля. Тимур, конечно, одержал победу, но опять относительную и не окончательную. Моголистан покорён не был и побеждённым себя не признал. Тимуру пришлось посылать сюда войска в 1383, 1389 и 1400 годах. В 1398 году Тимур назначил своего внука Мухаммед-Султана наместником пограничных областей с Моголистаном и велел ему построить крепость на реке Ашпара (городище Чалдовар на границе Кыргызстана и Казахстана).

Из этого видно, что эта территория, ранее принадлежавшая Моголистану, была присоединена Тимуром и стала северной границей его владений. В последние годы своей жизни Тимур запланировал поход в Китай и всё же окончательно установить свою власть в Моголистане, но заболел и умер в самом начале похода в Отраре на берегу Сыр-Дарьи в 1405 году. Память о Тимуре и его кровавых завоевательных походах сохранилась в киргизском народе. На перевале Санташ, к востоку от Иссык-Куля, возвышаются два каменных кургана, которые старинная легенда связывает с Тимуром. Так он пересчитывал своё войско, заставляя воинов бросить по одному камню до похода и после него.

Или-Иртышское междуречье находилось на стыке трёх монгольских улусов: Джучи, Чагатая и Удэгея. Поэтому оно являлось ареной неоднократной многолетней борьбы между ними. В этой междоусобной борьбе, противники использовали все тюрко-монгольские племена Алтайско-Хангайского нагорья. (Хангай – хребёт в центральной Монголии). Поскольку войска тюркско-монгольских народов представляли собой ополчения, за которыми следовали семьи со всем имуществом и скотом, то эти передвижения являлись одновремённо и передвижением в Или-Иртышское междуречье племён из государства кыргызов (сами кыргызы, как ненадёжные, монголами в походы не привлекались). Но, как выходцев из государства кыргызов, их называли собирательным именем кыргызы. Длительное пребывание кыпчако-кыргызских войск в междуречье превратилось в их постоянное проживание, распространившись постепенно и на северное Притяньшанье.

В результате вторжений Тимура на Тянь-Шань и в Или-Иртышское междуречье множество людей погибло, уведено в плен или насильно переселено в Мавераннахр. Но основная масса кипчако-кыргызских племён спаслась от погромов, откочевав на Алтайско-Хинганское нагорье.
Первоначально правителями кыпчакско-кыргызских племён были выходцы из рода Джучи. Прибытие на Алтайско-Хинганское нагорье большой массы кыпчакско-кыргызских племён позволило им возвыситься над ойратами, занятыми междоусобицами. В это время выдвигается один из предводителей кыргызских племён Угэчи Хашага. Под его руководством кыпчако-кыргызские племена снова заняли всё южное Прииртышье.

Моголистан под ударами Тимура, на рубеже XIV – XV веков распадается на две части. Территории к югу от Или остаются в составе Моголистана. К северу от Балхаша и до Алтая образуется Токмокский (Тунгмакский) каганат. Угэчи Хашага в 1402 году провозгласил себя каганом. Некоторые авторы Угэчи и его сына Эсэху считают ойратами (не путать с ойратом Эсен-тайшой). Но их нет в генеалогических таблицах ойрат-монголов, а монгольские летописцы строго относились к родословным своих предков. После разгрома в 1395 году Тимуром хана Золотой Орды Тохтамыша в Ак-Орде (восточная часть улуса Джучи) началась борьба между Тохтамышем и ставленниками Тимура. Пользуясь смутой, кыргыз-кипчаки стали совершать набеги на Ак-Орду. Пулад-хан (правил в 1407 - 1410 гг.) провёл ответный поход против кыргыз-кипчаков. Другой правитель Ак-Орды Кебек (1414 – 1417. По другим данным хан Чекире) вновь вторгся в Токмокский каганат. Впоследствии охрана границы между Ак-Ордой и каганатом была поручена племени баарин. В 1415 году Эсэху (1415 – 1425 )  объявил себя ханом.

В 1421 году правителем Моголистана стал Шер-Мухаммед-оглан (1421 – 1425 годы). Мухаммед-хан в начале своего правления признал суверенитет Шахруха – наследника Тимура и главы тимуридов, но потом, окрепнув на троне, начал вмешиваться во внутренние дела, а затем и совершать походы в Мавераннахр, в результате которых он возвратил западные районы Моголистана до Сайрама, ранее захваченные Тимуром. В ответ Улугбек, внук Тимура, 17 февраля 1425 года выступил против Моголистана. Войско Улугбека переправилось через Сырдарью и прибыло в Ташкент. В это время в Ашпаре зимовало двухтысячное могольское войско, передовой отряд которого под начальством Ибрахима выдвинулся к Таласу. Улугбеком навстречу моголам тоже был послан усиленный отряд.

Узнав о выдвижении отряда Улугбека, Ибрахим решил отступить к Иссык-Кулю. Но на Красной речке передовой отряд Улугбека настиг моголов, нанёс им поражение и, захватив добычу, отступил к реке Аксу (Беловодское), где стал дожидаться подхода основных сил. Ибрахим дошёл до Боомского ущелья, где с войском стоял Джахан-шах (сын Камар ад-Дина). Объединившись, моголы двинулись назад, чтобы вернуть утраченную добычу. 5-го марта 1425 года противники встретились у реки Аксу. Состоявшаяся битва закончилась поражением моголов. Ибрахим, два его сына и племянник были убиты.

Победители воздвигли несколько холмов из голов убитых моголов, а голову Ибрахима отправили Улугбеку. Джахан-шах с остатками войска отступил к Большому Кемину. После прибытия Улугбека с главными силами на военном совете у реки Аксу было решено идти против главных сил моголов, находившихся на Или. Улугбек с Аксу, переправившись через Чу, двинулся на Или против Мухаммед-хана. Прибыв в долину Или, он узнаёт, что Джахан-шах с войском находится на Иссык-Куле. Улугбек, чтобы не дать соединиться Джахан-шаху с Мухаммед-ханом, отправляет на перевал Санташ три тысячи воинов.

Разгромив Мухаммед-хана, Улугбек по Текесу двинулся на Иссык-Куль. Джахан-шах отступил в Кочкор и Джумгал. Улугбек северным берегом Иссык-Куля, через Боомское ущелье, по долинам Чу и Таласа вернулся в Самарканд. Поход Улугбека в 1425 году причинил большое бедствие Моголистану. Часть его населения была истреблена, другая часть разграблена и рассеяна или уведена в плен. Но всё же Улугбек не смог сделать Мухаммед-шаха своим вассалом или заменить его своим ставленником. Моголистан продолжал существовать как самостоятельное государство.

В описании событий вернёмся в Токмокский каганат. Постоянные войны восточных монголов с Китаем позволили выдвинуться западным монголам – ойратам. В конце 20-х годов XV века они создают своё объединение под руководством Тогона. В 1434 году он нанёс поражение восточным монголам, а его сын Эсен, провозглашённый ханом, в 1450 году совершил успешный поход против Китая. В 1452 году в битве под Турфаном Эсен разгромил своих внутренних противников. Один из них, Харгацуг, бежал в «Тукмок» (так монголы называли восточную часть улуса Джучи). Для их преследования Эсен посылает отряд. Это было первое вторжение ойратов в Токмокский каганат.

В 1457 году войска ойратов под командованием Уз-Тимура-тайши снова вторглись в Токмокский каганат, разгромили его и двинулись дальше на запад. В Чуйской долине
Уз-Тимур оставил обоз и сопровождающих, а сам с войском двинулся дальше. Походы Тимура повлияли на распад не только Моголистана, но и Ак-Орды. Она распалась на несколько объединений. На севере образовалось Сибирское ханство, объединяющее племена, именовавшиеся впоследствии сибирскими татарами. Между Сибирским ханством и Сырдарьёй обособились две группы предков казахов: одна во главе с Бараком (правил в 1423 – 1428 гг.), а вторая во главе с  Абулхайром (правил в 1428 – 1468).

На берегах Сырдарьи, под Сыгнаком (ныне восток Кзылординской области Казахстана) ойраты нанёсли поражение Абулхаиру, разграбили города Туркестан и Ташкент и вернулись назад. Пользуясь поражением Абулхаира, сыновья хана Барака Джаныбек и Гирей с соплеменниками и сторонниками ушли в Моголистан. По одним данным, правитель Моголистана Эссен-Бука принял их и отвёл им долины Таласа и Чу. По другим – Эссен-Бука, занятый внутренними распрями, не смог оказать им сопротивление. Скорее всего, верно последнее. Арабский историк XVI века Махмуд ибн Вали писал, что «в первое время после вселения они (казахи – Б. М.) производили набеги и грабили калмыков и киргизов».


Под натиском ойратов с востока и Золотой Орды с запада часть населения Токмокского каганата в 70-х XV в. по рекам Чилик и Чарын, через перевал Санташ уходит в Иссык-кульскую котловину и далее на Тянь-Шань, а часть в Западное Притяньшанье (Мавераннахр). Короткое существование Токмокского каганата закончилось. По-разному сложилась судьба этих групп кыпчакско-кыргызских племён. Переселившиеся в Мавераннахр были ассимилированы местным оседло-земледельческим населением.

Остатки разрозненных тюркских племён на Тянь-Шане, после нашествия монголов, не смогли, поглотить, ассимилировать монголов-завоевателей. Это смогли сделать пришедшие сплочённые кыпчакско-кыргызские племена Или-Иртышского междуречья, которые при расселении в XV веке по Тянь-Шаню часть монголов вытеснили в Кашгар, а оставшихся монголов и местные тюркские племена поглотили, образовав в XVI веке киргизскую нацию. Оседанию кыпчакско-кыргызских племён на Тянь-Шане способствовали кризис государственности тяньшанских монголов и их ослабление под ударами ойратов.

В 1468 году Абулхаир выступил против беглецов, но в походе скончался. После его смерти
Гирей и Джанибек со своими племенами ушли обратно в Дешт-и-Кыпчак. Оставленные казахами пастбища Чуйской долины не могли оставаться свободными. В 1470 году сюда приходит кыпчакско-кыргызский юрт под предводительством Амасанджи-тайши, сына Эсэху-хана. Дальнейшая судьба Амасанджи достоверно не известна. По некоторым сообщениям, возможно, в связи с каким-то раздором, он с частью своего улуса возвратился куда-то на «старые места». Если Амасанджи и ушёл на Или, то только с лично ему принадлежавшим уделом. Но большинство киргизских племён, пришедших сюда в 1470 – 1473 годах, остались в долинах Чу и Таласа.

Результаты перемещения большой массы кыпчакско-кыргызских племён из Или-Иртышского междуречья оказались весьма ощутимыми для тяньшанских монголов. Их начали вытеснять. Рассказывая о событиях 1514 года, автор исторического труда «Тарих-и Рашиди писал, что пришедшие племена сделали «невозможным ни для одного монгола проживать в Моголистане. Более того, киргизы, которые в большей части были лишены чувства веры в бога, устрашали всех мусульман Туркестана, Шаша и Ферганы постоянными вторжениями и набегами». Когда второй сын Юнус-хана (правил Западным Моголистаном в 1468 – 1487 гг.) Ахмед вступил в борьбу за власть в Моголистане против своего старшего брата Махмуд-хана (правил в 1487 – 1508 гг.), он опирался на киргизов. Во главе киргизских племён в это время был киргиз Мухаммед, родословная которого, к сожалению, пока не установлена. При описании этих событий в «Тарих-и Рашиди» упоминается новый народ – киргизы.

 
2.13. СЕВЕРНАЯ КИРГИЗИЯ В XVI – XVIII ВЕКАХ.
В написании истории села для меня были трудными два раздела: восстание 1916 года и средневековье. О восстании я поговорю в соответствующей главе, а средневековье было трудно с его сложной, быстро меняющейся и противоречивой обстановкой при отсутствии историко-популярной литературы. Это положение усугубляется разночтением названий: кыргызы – киргизы, Кыргызстан – Киргизия. Я не слышал упрёков по поводу того, что Суоми называют Финляндией, а Дойчланд – Германией. А вот из Киргизии замечания получал. Критики забывают, что самоназвание страны часто не совпадает с тем, как её называют другие народы, и сами называют соседнюю страну Чжунго – Китаем.

К тому же накладывается различие русской и киргизской фонетики. Как и старикам-киргизам трудно было произнести название столицы своей республики Фрунзе (в киргизском языке отсутствует буква «ф»), так и мне, русскому, трудно произносить «Кыргызстан» из-за двух «ы» подряд и сочетания трёх согласных. Да и название моей родины «Киргизия» звучит для меня нежнее, лиричнее (например, мать и мама). Поэтому моя трактовка (я не настаиваю на её правильности и не навязываю её другим), объясняющая читателям моё написание терминов, следующая: енисейские племена, переселившись на Тянь-Шань, смешавшись с местными племенами и монголами стали другой народностью – киргизами. И тем более я не настаиваю на исправлении «орус» на «русский». С уважением, автор.

С 1485 года до начала XVII века на Тянь-Шане происходили многочисленные войны наследников монгольских ханов в борьбе за власть, а также столкновения между монголами и киргизами. Но происходили эти события, в основном в Кашгаре, на Тянь-Шане, Иссык-Куле и в долине Или. В источниках только вкратце упоминается о двух походах Мухаммед-хана (правил 1570 – 70-е гг.) в Чу-Таласское междуречье.

Конец XVI – начало XVII веков в истории киргизского народа является особым периодом. В это время завершилось объединение местного населения Тянь-Шаня домонгольского периода, монгольских и кыргызских племён, которые в процессе дальнейшего культурно-исторического развития образовали новую историческую общность – киргизскую нацию. Согласно наиболее распространённой концепции, киргизы как народность сформировались на основе трёх этнических групп. Первую представляли местные племена – усуни, карлуки и другие. Второй группой явились монгольские племена, пришедшие на Тянь-Шань при Чингиз-хане и его преемниках в составе улуса Чагатая и государства Хайду. Третью, основную группу составили тюркоязычные племена Или-Иртышского междуречья и Алтая.

Но частые вынужденные переселения киргизских племён под натиском внутренних и внешних сил мешали объединению родо-племенных группировок, окончательному формированию киргизской нации и созданию государственности. В начале XVII века на пространстве между горами Тянь-Шаня, озером Балхаш и верховьями Иртыша возникло новое ойратское (калмыкское) государственное объединение (существовало в 1635 – 1758 годах). Поскольку главенствующее положение в новом государстве занимали чоросы (кочевавшие в верховьях реки Или), среди монголов называемые джунгарами, то и государство стало называться Джунгарским ханством.

 
С образованием Джунгарского ханства отдельные столкновения ойратов с киргизами переросли в завоевательные походы джунгаров в Семиречье. Особенно мощным был поход 1643 – 1644 годов. Российский историк XVIII века И. Е. Фишер в «Сибирской истории» писал: «Он (правитель Джунгарского ханства Батур-хунтайджи – Б. М.) овладел двумя провинциями или народами, Алат-киргизским и Токмакским, которых до десяти тысяч считалось». Объединившись, киргизы и казахи с помощью узбекского отряда отразили это нападение. Всё же позднее ойратам удалось потеснить киргизов и казахов. Киргизы из Чуйской долины откочевали в Талас и на Тянь-Шань, а часть ушла в Фергану и Памиро-Алай.
 
Калмыки, вытеснив киргизов и будучи сами кочевниками-скотоводами, не оставались на этих пастбищах постоянно. Они в культурно-историческом и политическом отношении были связаны с Монголией. Их ханы пытались утвердить свою власть над всеми монгольскими племенами, поэтому господство над казахскими и киргизскими племенами имело для них второстепенное значение. Вследствие этого, они временами, в зависимости от обстановки в Монголии перемещались на Алтайско-Хинганское нагорье, оставляя свободными пастбища Северного Тянь-Шаня. В таких случаях киргизские племена, стеснённые на Тянь-Шане и Алае, возвращались на освободившиеся пастбища.
 
Калмыки, возвращаясь назад, были вынуждены снова вытеснять киргизов. В исторических источниках сообщается о столкновениях калмыков с киргизами в 1732 году в «Китмян-Дубя (Кетмень-Тюбе – Б. М.) в вершинах Сырдарьи», а в 1745 году в Фергане с Абдул-Карым-баем. В 1748 году калмыки отправили против киргизов, принявших «сторону абдукарымцев», войско, однако оно было разбито киргизами. На следующий год весной было послано более значительное войско и к 1750-му году калмыкам удалось восстановить своё господство над киргизами.


В 1758 году Джунгарское государство было окончательно разгромлено Китаем. Преследуя разгромленных ойратов, отряды китайских войск летом 1758 года вторглись на территорию Киргизии. К этому времени некоторые киргизские племена вернулись на Северный Тянь-Шань. На Иссык-Куле произошло первое столкновение киргизов с китайцами. С Иссык-Куля разведывательные отряды китайских войск проникли в Чуйскую и Таласскую долины. После разгрома Джунгарского ханства китайцы выставили свои пограничные пикеты от Иртыша до Или. Казахи и киргизы признали номинальную власть Китая, разгромившего их главного врага и требовавшего от них лишь покорности и небольшой дани, и стали возвращаться на места своих прежних кочёвок. Начался делёж «джунгарского наследства», в котором каждая сторона спорные кочевья считала своими.

В связи с этим, в 1758 году в Пекин отправилась киргизская делегация для решения территориального вопроса. Китай, обеспокоенный в это время восстанием в Восточном Туркестане, опасаясь поддержки восстания киргизами и получив формальное признание подданства, подтвердил левобережье реки Или кочевьями киргизов. Но это признание покровителя не решило в казахско-киргизских отношениях пограничную проблему, которая постоянно приводила к взаимным барымте и набегам. На этой почве начались раздоры и военные столкновения. Уже в 1759 году в ответ на угон скота киргизами, казахи совершили поход на киргизов. В 1760 и 1764 годах киргизы предпринимают ответные походы. Разгромленные казахские племена обратились за помощью к султану Аблаю, бывшего в то время военным руководителем Казахского ханства.

Ответный поход Аблая летом 1765 года был очень жестоким. Осенью 1766 года Аблай вновь совершил разгромный поход на киргизов. Для противодействия казахам киргизы вступили в союз с кокандцами. Аблай, ободрённый успехом, посылает отряд и против кокандцев. Но этот разведывательный отряд был разгромлен кокандцами. В 1770 году Аблай снова нападает на киргизов. В Чуйской долине, между притоками реки Чу, речками Кызылсу и Шамси, произошло сражение, называемое в преданиях «джаиловское побоище», в котором киргизы потерпели поражение. В 1774 году Аблай совершил очередной поход на киргизов. В сражении на реке Кара-Балта киргизский Атаке-батыр потерпел поражение и отступил на Талас.

Несмотря на жестокие и разорительные походы Аблая, киргизы не сдавались и совершали ответные набеги на казахов. В письме Оренбургскому губернатору от 13 августа 1779 года, уже будучи ханом, Аблай писал российским властям: «Во владении же моём состоят Большая и Малая орда, из коих Большая расположена около города Туркестана в Ташкении, где также находятся воюющие со мной, называемые киргизы, которые в той области кочующим моим подчинённым киргизцам чинят несносные беспокойства и притеснения, то есть делают во всегдашнее время военною рукою на них нападения и при том захватывают себе жён, детей и имение их». Осенью 1779 года Аблай совершил свой последний поход против киргизов, так же успешный для него.

Примечательно, что, хотя все походы Аблая были успешными, но они были нелёгкими для него. Поэтому перед походом 1779 года он просил помощи и у России, и Китая. Обе державы ему отказали. После этого похода состоялись длительные переговоры, на которых главным вопросом было определение границы. По достигнутому соглашению кочевья киргизов были определены в следующих пределах: восточный берег реки Талас, по реке Курагаты до её впадения в реку Чу, через Чу и перевал Чокпар к реке Или и далее по её левому берегу до Алматы.

В 1781 году Аблай-хан умер, но казахско-киргизские отношения ещё длительное время продолжали оставаться напряжёнными. Война, начатая Аблаем, была продолжена казахскими родами, кочевавшими севернее реки Или. Но киргизов, привыкших к постоянным сражениям, казахам трудно было окончательно победить, и борьба шла с переменными успехами. Так, султан Тыз, напавший на киргизов, был ими разбит и взят в плен, из которого был выкуплен на позорных условиях. [(261), ч. 2, стр. 273].

Ещё больше пострадал от киргизов казахский батыр Бердыкожа. Он много раз успешно сражался с киргизами. Так, в 1875 году, пользуясь нашествием китайцев на киргизов, он одержал внушительную победу над киргизами. Ободрённый удачей, Бердыкожа в следующем году опять выступил в поход против киргизов. Подойдя к границам кочевий киргизов, он остановился в ожидании подкрепления. Киргизы, не давая соединиться казахским отрядам, ночью напали на отряд Бердыкожи, разгромили его, а самого Бердыкожу взяли в плен. Сейчас неизвестно была ли это попытка освободиться, или это была отчаянная поступок избежать позора плена: Бердыкожа бросился на одного из  сопровождавших охранников и заколол его.

Возмущённые таким поступком киргизы зарубили Бердыкожу. [(261), ч. 2, стр. 274]. Вскрытие захоронения Бердыкожи, проведённое в советское время, подтвердило это сообщение. Брат Бердыхожи, Аккаяк, и сыновья Лепес и Шок в ответном нападении на киргизов смогли взять в плен сына киргизского батыра Исенгельды и привести его в свой аул. Тут на пленника набросились жёны Бердыкожи и убили его. [(261), ч. 2, стр. 275]. После этих взаимных набегов и убийств между казахами и киргизами установилось временное, до нападений Кенесары, перемирие.    

2.14. ПЕРВОЕ ПОСОЛЬСТВО КИРГИЗОВ В РОССИЮ.

Конец XVIII века – время трудного положения киргизского народа. На востоке проявляет свои захватнические интересы Китай. На юге усиливается Кокандское ханство. На западе и севере шла вражда с казахами. Как уже рассказывалось, казахский хан Аблай, окончательно утвердив свою власть в Среднем жузе, в 1765 – 81 годах совершает ряд набегов на киргизов, нанёс им «сильное поражение, взял с них аманатов (заложники из родственников – Б. М.) и остался кочевать близ Туркестана». После смерти Аблай-хана, другой предводитель Среднего жуза – Бердыкожо также неоднократно совершает набеги на киргизов. В октябре 1784 года он с одной стороны, а китайский отряд – с другой, напали на киргизов и нанесли им большой урон. В январе 1785 года Бердыкожо предпринял новый поход на киргизов, но на этот раз он потерпел поражение и погиб в плену. В таком трудном положении, при постоянной угрозе со стороны соседних государств и народов киргизы осознают необходимость обращения к могучему государству – России с просьбой о покровительстве.

История установления первого дипломатичного контакта между киргизами и Россией достойна сюжета приключенческого романа, поэтому о нём надо рассказать подробнее. С 1762 по 1796 годы в России на престоле царствовала императрица Екатерина II. В июле 1785 года «родоначальник киргизов», глава племени сарыбагишей бий Атаке-батыр с торговым караваном отправляет своих посланцев Абдрахмана Кучукова и Шергазы Уразбаева к начальнику Сибирской пограничной линии. (Бии – влиятельные лица родовой знати, пользовавшиеся наследственными правами. В феодальной иерархии по рангу они стояли после султанов).

Глава миссии Абдрахман Кучуков личность тоже примечательная. В 1758 году Джунгария подверглась кровавому разгрому Китаем. От поголовного истребления спаслась лишь пятая часть жителей, те, которые смогли бежать в пределы России, в Казахстан и Среднюю Азию. Вместе с калмыками бежали и часть тянь-шаньских киргизов, находившихся на службе у джунгарского хана. Беженцы сначала укрылись на Сибирской линии, под защитой русских крепостей. Приняв российское подданство, они откочевали дальше на запад и расселились в Поволжье вместе с калмыками.

Среди переселенцев был и будущий первый посол киргизов в Россию Абдрахман Кучаков, который, естественно, познакомился с языком, порядками и образом жизни русских. Когда калмыки вернулись назад в Центральную Азию, киргизы остались в Поволжье и были переподчинены астраханскому губернатору. Российские крепостные порядки для вольных кочевников, конечно, показались рабством, и они обращаются с письмом-жалобой к Екатерине II. Не дождавшись облегчения, некоторые попытались вернуться на родину. Кучакову это удалось. Вернувшись из Астраханской губернии, Кучаков торговал в Ташкенте (был известен как «ташкентский купец»), затем поступил на службу к бию Атаке вожатым торговых караванов.

23 августа 1785 года посланцы прибыли в Омск. Они имели при себе два сопроводительных письма от Атаке. Одно письмо предназначалось сибирским властям, второе – самой императрице Екатерине II. В письме сибирским властям Атаке сообщал, что посылает в подарок двух лошадей и просит за своих посланцев «штоб вы уверительно их знать могли». То есть своеобразная верительная грамота. В письме Екатерине II после сообщения о своих преувеличенных родословной и титуле просил о покровительстве (не о подданстве) России киргизам – «всемилостивейшей государыне всеподданнейший доношу».

Затем он выражает желание изменить существующий маршрут торговых караванов, идущих из России в Восточный Туркестан – «оказываемые державе Вашего Величества услуги посредством препровождения в Россию купеческих торговых караванов». В конце письма Атаке сообщал о посланных подарках: «Вашему Императорскому Величеству послал я при караване одново арапа (раба – Б. М.), три барсовые кожи (шкуры – Б. М.) и пять рысьих». А в заключение он представлял своих послов: «А в препровождение их (подарков – Б. М.) двух человек моих, моих людей Абдрахмана и Ширгазю».

Из этих двух сопроводительных писем становится известным, что киргизское посольство из двух человек Абдрахмана Кучакова и Шергазы Уразбаева выехало из Чуйской долины и 23 августа 1875 года прибыло в Омск. Главной задачей посольства, наряду с заручительством о покровительстве Россией, было желание Атаке изменить существующие маршруты торговых караванов, связывающих Россию с Восточным Туркестаном и далее в Индию. Они в то время проходили на западе – через Средний жуз и Бухару, а на востоке – через Чугучак и Кульджу. Но можно было ходить более коротким путём – через Старший жуз и киргизские кочевья. Это было выгодно как киргизам, так и России, потому что сокращало караванам время в пути из Сибири в Восточный Туркестан по сравнению с западным путём на 20 дней.

В Омске киргизских посланцев приняли благосклонно. После получения официального разрешения из Петербурга на выезд в столицу, они в сопровождении поручика Ивана Сипайлова выехали в далёкий путь. На приёме у императрицы киргизские посланцы были в декабре 1786 года. Посланцы были доброжелательно приняты и окружены вниманием. Атаке было пожаловано 800 рублей серебром, по тем временам сумма довольно значительная, Кучаков был награждён 100 рублями, а Шергазы – 25-тью. Всего на это посольство из казны было израсходовано 5.000 рублей.

В ответном письме генерал-прокурор Сената А. Вяземский, перечислив подарки, от имени императрицы писал: «Почтенный Этеке Багадур, по всему оному заключить можете о Высочайшем Ея Величества благоволении и покровительстве». Миссия первого киргизского посольства завершилась успешно. Однако возникли непредвиденные осложнения: заболел Кучаков, из-за чего отъезд в обратный путь несколько раз откладывался. Поскольку из-за болезни Кучакова возвращение посланцев задерживалось, было решено известить Атаке письмом.

С этой целью из Омска в октябре 1787 года снаряжается торговый караван казанского купца А. Нурмаматова во главе с его приказчиком М. Агаферовым, который повёз письмо сибирских властей к Атаке. Как рассказали спутники Агаферова, Атаке, узнав о монаршей награде, «был очень рад и весел и всё сие объявлял всем своим подвластным». После получения письма Атаке, не дождавшись возвращения своих посланцев, летом 1788 года отправляет во главе с Сатынбаем Абдрахмановым (сын А. Кучакова) второе посольство, которое прибыло в Омск 2-го августа.
 
Сатынбай был тепло встречен командующим Сибирским корпусом генералом Н. Г. Огарёвым и одарен подарками. Но тут сибирским властям пришло известие об ограблении каравана Агаферова. И подозрения в этом пали на сыновей Атаке – Солтоная и Байшугура. Началось расследование происшествия, а Сатынбай был задержан. В январе 1789 года из Петербурга в Омск возвратился Кучаков, который сообщает письмом Атаке, что «съездил благополучно», а сам включается в расследование дела о грабеже каравана. Когда вести о событиях в Омске дошли до Атаке, он в письме, полученным в Омске 10 сентября 1789 года, отрицал вину своих сыновей и выражал своё доброжелательное отношение к России.

Тем временем, не дождавшись ответного письма от Атаке, 20 июня 1789 года умирает Абдрахман Кучаков. Атаке, убедившись, что его посланников не отпустят, пока не будут возмещены убытки купца Нурмаматова, поступает по обычаям кочевой степи. Он захватывает в плен ташкентских купцов Раимбая и Нияза Сеитовых вместе с товарами на 10 тысяч рублей. Затем отпускает одного из них, заявляя, что не отпустит его брата, подданного России, вместе с товарами, пока не вернут ему Сатынбая. Старший брат из Сеитовых Рахманберди привёз Сатынбая в кочевья казахского султана Букая для обмена.

Тут Атаке узнаёт, что его подарок от императрицы Екатерины II, 800 рублей, переданы купцу Нурмаматову в покрытие расходов за ограбление каравана. Тем самым вина за ограбление возлагалась на Атаке. Атаке отказался произвести обмен Сатынбая, объяснив ему и сибирским властям, что «я своего посланника к Ея Императорскому Величеству послал честно, а ко мне возвращается его сын с бесчестьем». В конечном итоге было установлено, что Агаферов был ограблен в Среднем жузе. Закончилось разбирательство только весной 1793 года. Сатынбай был освобождён, купец Нурмаматов деньги Атаке вернул. Доверие к Атаке было восстановлено.

Первое киргизское посольство в Петербург не оправдало всех надежд ни киргизов, ни России. Внешне никаких особых изменений в отношениях между киргизами и Россией оно не принесло. Причиной тому были слишком большая отдалённость Киргизии от России, инцидент в Омске с задержанием посольства, политическая обстановка в кочевьях казахов и киргизов и ужесточение, со сменой начальства в этот момент, политики сибирских властей в отношении кочевых соседей. Всё это привело к тому, что почти на 20 лет заглохли контакты киргизов с Россией. Возобновились они по инициативе новых сибирских властей только в начале второго десятилетия XIX века.

Однако, первая киргизская миссия, несмотря на многочисленные и длительные трудности, всё же определённый результат имела. Киргизы, находившиеся под правлением Атаке-батыра, хотя и формально, но были приняты под покровительство России, действительному же его осуществлению мешали уже перечисленные обстоятельства. Во всяком случае, первый шаг навстречу друг другу был сделан, контакт между киргизами и Россией был установлен. Россия уже могла рассчитывать на содействие киргизов. Киргизы, хотя непосредственной экономической и военной помощи от России не имели, но китайские власти и кокандские ханы в своих военных и территориальных посягательствах уже должны были учитывать установившиеся связи киргизов с Россией.

В 1812 году отправляет своих посланцев к генерал-губернатору Западной Сибири племя бугу. Посланцы были на приеме у генерал-губернатора Глазенапа в Тобольске и просили о принятии племени под покровительство Российской империи. [(147) стр. 134] . Однако эти первые, да и несколько последующих, повторных попыток киргизов принять подданство Российского государства, о чём подробнее будет рассказано в главе о присоединении Северной Киргизии к России, не дали конечных результатов. Осложнение внутреннего и внешнего положений России в этот период отвлекает её внимание от Средней Азии. Этим воспользовалось Кокандское ханство и начало завоевание Киргизии.
Продолжение истории села Беловодского читайте в главе «Завоевание Чуйской долины Кокандским ханством» на 2-ой стр. каталога.

Категория: Мои очерки | Добавил: Борис (16.11.2011)
Просмотров: 1640 | Комментарии: 2 | Рейтинг: 4.0/1
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: