Главная » Статьи » Мои очерки

1917 год и Беловодское восстание 1918 года. Часть 2-ая.

Продолжение, начало в 1-ой части на 6-ой стр. каталога.
Руководствуясь этим решением, вскоре после его принятия, на одном из собраний беловодской большевистской ячейки  было решено разогнать эсеровский совет и взять власть. Эсерам стало известно такое намерение большевиков. Они собрали к Совету своих сторонников, чтобы не допустить этого. Когда большевики явились к Совету, там уже собрались купцы Краснобородкины, Чиверевы, были зажиточные крестьяне из сёл Петровка и Садовое. Им было объявлено, что большевики берут власть в свои руки, а потому предлагают председателю эсеровского Совета Сологубову сдать дела. В ответ раздались крики: «Убирайтесь вон!». Но предупреждение со стороны большевиков, что если они не уйдут, то из Пишпека будет вызван отряд, заставило собравшихся разойтись.

Как видим, в Беловодском по большевистской тактике повторился октябрьский переворот в Петрограде, только в миниатюре. Новый Совет был создан не в результате новых (очередных или внеочередных) выборов, не в результате волеизъявления избирателей, а силовым методом. Большевики угрозой применения силы устранили прежний законно избранный Совет, нарушив при этом свои же договорённости, что левые эсеры могли избираться в Советы. Вспомним, что левые эсеры перешли в оппозицию большевикам после разгрома их выступления в июле 1918 года. Это впоследствии послужило второстепенной, но одной из причин Беловодского восстания 1918 года. Председателем нового большевистского Совета был избран Андриан Денисович Куцев, заместителем – М. Махоткин.

Осенью 1917 года резко ухудшилась продовольственная ситуация в городах (в деревне хлеб был). Цены на продукты питания возросли в несколько раз. Аналогичное положение было и в Семиречье. В мае 1918 года после упразднения Пишпекской продовольственной управы – органа Временного правительства – был создан продовольственный отдел Совета народных депутатов. Отдел провёл работу по созданию сельских продовольственных комитетов, в том числе в сёлах Беловодском и Фольбаумовском. [(66), стр. 107]. У новой власти не было ни денег, ни промышленных товаров для обмена на хлеб. Чтобы получить хлеб от крестьян, городские и уездные Советы посылали в сёла продовольственные отряды для насильственного изъятия зерна по продразвёрстке.

Была запрещена свободная торговля, установлены твёрдые, не соответствующие экономическим реалиям цены на реквизируемый хлеб. Для прекращения перевозок хлеба и перегона скота на главных путях, перевалах и переправах через реку Чу были поставлены военные посты. Эти меры Советов вызвали сопротивление собственников-крестьян. Уже весной и летом 1918 года при изъятии хлеба и скота у крестьян в ряде селений произошли столкновения. Одно из таких выступлений, нападение на красноармейский пост, произошло в Карабалтах в октябре 1918 года. Вскоре подобный случай, нападение на продовольственный отряд, произошёл и в Беловодском. [(46), стр. 120]. А в декабре 1918 года произошло Беловодское восстание.

Тема Беловодского восстания так же, как и восстания 1916 года, большая и сложная. Подробно об этом я рассказал в очерке 1986 года «История села Беловодского».  Только характеризуя оценку события, данную в том очерке, надо учитывать, что очерк писался в советские времена, в годы идеологического зажима, поэтому в описании событий приняты коммунистические термины и трактовка. Не подвергая существенной доработке тот очерк по указанным в начале главы причинам, к описанию Беловодского восстания 1918 года, связанного с трагическими событиями в селе, считаю нужным дать предварительное разъяснение.

 В советский период политическая история страны искажалась и подтасовывалась в пользу коммунистов, вплоть до ретуширования фотографий. Социалистическая революция представлялась единственным путём разрешения создавшихся противоречий, а Советская власть изображалась неизбежной в результате сложившегося экономического и политического состояния страны. ВКП(б) утверждалась единственной партией, выражающей чаяния большинства трудового народа, принимающей только правильные решения. Учитывая, что слово «мятеж» имеет негативную окраску, как производное от слов «мутить», «баламутить», то коммунисты все выступления против Советской власти называли мятежами. Такое положение существовало и в описании Беловодского восстания в декабре 1918 года, именуемое «мятежом». Но понятие “мятеж” определяется следующими условиями:

1. Недовольство населения или группы лиц различного рода мероприятиями, исходящими от непосредственно соприкасающейся с населением власти и идущими вразрез с требованиями и нуждами участников мятежа, противоречащими общей политике и директивам центральной власти. 2. Определённо замкнутыми границами выступления (гарнизон, корабль, колония, отдельное село). 3. Внезапность и неорганизованность выступления, имеющего своей конечной целью апелляцию к власти, руководящей из центра.

Как видим, события 1918 года в Беловодском во многом не соответствуют определению “мятеж”. Реквизиция хлеба, лошадей и запрещение свободной торговли были не выдумкой местных властей, а политикой центральной власти. В восстании приняли участие не только сёла Беловодского участка, но и сёла соседнего Аулиеатинского уезда и Чуйского участка, была установлена связь с казаками Семиреченского фронта. Восставшие не обращались к власти, а выступали против неё. Поэтому нужно или установить другое определение понятия мятеж или признать события декабря 1918 года в селе Беловодском восстанием против Советской власти. 

Кстати, в решении о посылке в январе 1919 года в Беловодское из Ташкента комиссии ТурЦКа для выяснения причин оно называлось восстанием. В «Известиях Ферганского областного Совета» в сообщении о событиях в Беловодском они также назывались восстанием. И такие формулировки существовали до 30-х годов. Например, 23-го февраля 1930 года в газете «Советская Киргизия», центральном печатном органе, было опубликовано сообщение Киргизского архива об окончании «подбора материалов о Беловодском контрреволюционном восстании». Потом пропагандисты-агитаторы опомнились, что противоречат сами себе. Советская всласть, комиссары, депутаты – народные, а тут восстание, массовость, и Беловодское восстание стали именовать мятежом.   

Освещение Беловодского восстания в советское время имело, начиная с названия «мятеж», также фальсифицированный характер. Если сами события восстания в трудах советского периода описаны подробно, то их характеристика и причины восстания освещались тенденциозно. Архивы были закрыты, но всё же в публикациях встречались сведения, которые подталкивали вдумчивого читателя и беспристрастного исследователя к сомнению правдивости большевистского мифа об эсеро-бандитском характере Беловодского восстания. Но говорить об этом было непросто и даже опасно. Попробую сделать это сейчас на основе публикаций вышедших после распада Союза.

Большевики, захватившие власть и ненавидевшие всё, так или иначе напоминавшее прежний режим, отказались и от «буржуазного» термина «министр». Он был заменён словосочетанием «народный комиссар», по примеру Парижской коммуны, а правительство получило название Совет Народных Комиссаров (СНК). Новым было не только название правительства, но и характер его деятельности. Совнарком из исполнительного органа, каковым и должно являться правительство, сосредоточил в своих руках и исполнительные, и законодательные функции, управляя экономикой методом декретов, обязательных для всех. Не случайно этот этап в истории Советской власти некоторые исследователи называют «декретным периодом»

Первое Советское правительство большевики, приводя в пример Ленина, Луначарского, Чичерина, называли самым образованным. Однако Нарком юстиции Г. И. Ломов впоследствии вспоминал: «Наше положение было трудным до чрезвычайности. Среди нас было много прекраснейших революционеров, исколесивших Россию по всем направлениям, в кандалах прошедших от Петербурга, Варшавы, Москвы весь крестный путь до Якутии и Верхоянска, но всем надо было ещё учиться управлять государством. Каждый из нас мог перечислить чуть ли не все тюрьмы России с подробным описанием режима, который в них существовал. Но мы не умели управлять государством и не были знакомы ни с банковской техникой, ни с работой министерств». Да, были среди большевиков и профессионалы, как, например, видный специалист банковского дела и финансов И. Э. Гуковский, впоследствии сменивший на посту наркома финансов И. И. Скворцова-Степанова.

Но большинство членов правительства были убеждены, что при строительстве новой, социалистической экономики не надо использовать категории и механизмы капиталистической экономики. Ортодоксальные элементы в Совнаркоме утверждали, что такие понятия, как «деньги, рынок, прибыль, стоимость» и другие не должны применяться при строительстве социалистической экономики. Поэтому исполнение декретов правительства проводилось с применением «революционного насилия» ко всем не признающим Советскую власть и её решения, не считаясь с их классовым положением и политической позицией. Ленин убеждал своих сомневающихся коллег, что «ни один ещё вопрос классовой борьбы не решался в истории, как насилием». Председатель Реввоенсовета РСФСР Л. Д. Троцкий заявлял, что террор является таким же естественным атрибутом социалистической революции, как и вооружённое восстание.

С осени 1917 года из-за войны и революционной разрухи поступление промышленных товаров в деревню резко сократилось. Крестьяне, собрав урожай 1917 года и надеясь, что новая, «народная» власть закупит у них хлеб по «справедливым», как они считали, ценам, не спешили продавать хлеб. Но у большевиков, захвативших власть, средств на это не было, а крестьянам, из-за отсутствия на рынке даже самых необходимых товаров, не на что было обменять хлеб. В результате поступление продовольствия из деревни в город уменьшилось. Города централизованно получали лишь 15% необходимого продовольствия.

На рынках в несколько раз поднялись цены на продовольствие. В марте 1918 года заместитель наркома продовольствия А. Д. Цурюпа докладывал: «Крестьяне, не получая мануфактуры, плугов, гвоздей, чая и прочих предметов первой необходимости, разочаровываются в покупной силе денег и перестают продавать свои запасы, предпочитая вместо денег хлеб». Сразу после свержения Временного правительства Петроградский Совет направляет революционных солдат и матросов для тотальной проверки складов Петрограда. Посланные Советами революционные матросы подвергли Петроград тотальной проверке. Были обнаружены значительные запасы продовольствия, но их было всё же недостаточно для снабжения столицы.

В мае В. И. Ленин даёт указание: «Хлеб надо достать, во что бы то ни стало. Если нельзя взять хлеб у деревенской буржуазии (т. е. у зажиточного мужика – Б. М.) обычными средствами, то надо взять его силой». Тогда тысячи рабочих и матросов, получив реквизиционные удостоверения за подписью главы нового правительства Ульянова-Ленина, двинулись по деревням и хуторам изымать продовольствие. Эти вооружённые группы назывались продотрядами. Подчинялись они не Совнаркому (правительству), а особому органу, так называемому, Военпродбюро.

Ленин, подытоживая этот опыт, указывал: «Питерские товарищи произвели – строго организованно – массовые обыски. Надо чтобы остальная Россия не отстала от Питера, а, во что бы то ни стало, догнала и перегнала его». Вводится продразвёрстка – принудительное изъятие продовольствия у крестьян. По этому указанию местные советы и их исполкомы начали принимать решения о направлении в деревню вооружённых отрядов для изъятия продовольствия. Сначала это происходило в рамках и объёмах установленного государством продовольственного налога, а затем местные власти стали сами устанавливать задание крестьянам на сдачу хлеба.

Военизированные отряды начали в массовом порядке проводить обыски и изъятие зерна. Кроме того, благодаря призывам сверху, к узаконенному, организованному грабежу, стали создаваться многочисленные самоинициативные и самозваные продотряды. А так как половину собранного у крестьян продотрядовцы отправляли на свои предприятия, где им выдавали зарплату, то у крестьян часто отбирались не только «излишки», но и всё имеющееся. Но весенняя хлебозаготовительная компания, несмотря на применение вооружённых продотрядов, всё же провалилась.

Произошло это потому, что весной 1918 года большевистская власть была ещё недостаточно организованной для наступления на село. Многие крестьяне, бывшие солдаты, имели оружие, унесённое с фронтов Первой мировой войны, и, встречая продотряды, применяли его. Сельские советы выступали против реквизиций. Так, на заседании Пишпекского уездного Совета депутатов 5-го апреля 1918 года было «заслушано отношение комиссара с. Беловодского за №312, коим он отказывается явкой на вызов Совета. Принимая во внимание сопротивление его в отношении учёта хлеба в этом селении», Совет принял решение о посылке в Беловодское члена Совета Пугачёва с отрядом. (ЦГА Кирг. ССР, ф. 89, оп. 1, д. 27, л. 2). Поэтому хлеб во многих случаях изъять не удавалось.

Не справившись с экономической разрухой, большевики прибегли к чрезвычайным мерам, известными под названием «военный коммунизм». Вышедшие в мае – июне 1918 года директивы центральной власти узаконили практику конфискации хлеба в деревне и окончательно развязали руки местным властям. Власти заявили, что основная причина голода в стране состоит в том, что богатые крестьяне, «кулаки» прячут хлеб с целью его последующей спекулятивной продажи (как будто простые крестьяне активно сдавали хлеб!). Постановлением СНК от 8-го мая 1918 года Комиссариат продовольствия в решении продовольственной проблемы наделялся чрезвычайными полномочиями в проведении продовольственной развёрстки и распределения предметов первой необходимости.

Между экономическими и силовыми средствами преобладали методы репрессивно-реквизационного характера. Вряд ли этого требовала сложившаяся обстановка. Скорее, что большевикам подобные меры были более понятны и отвечающие их революционным убеждениям. Суть постановления сводилась к тому, что для ликвидации голода необходимо «провести беспощадную и террористическую оборону и войну против крестьянской и иной буржуазии, удерживающей у себя излишки хлеба». Сельской буржуазией, богатыми крестьянами считались те, у кого количество хлеба превышало более чем в два раза собственное потребление, считая прокорм семьи, минимальное количество скота и семенной фонд.

Декрет Совета народных комиссаров от 22-го июля 1918 года «О спекуляции» объявил спекуляцией всякую негосударственную торговлю и запретил её. Декрет определял спекуляцию как сбыт, скупку и хранение с целью сбыта хлеба и других монополизированных продуктов питания. В Постановлении СНК говорилось, что владельцы хлеба, имеющие его излишки и «не вывозящие их на места сбора», объявлялись врагами народа, подлежали заключению, конфискации имущества и изгнанию из общины. В нём также подчёркивалось, что «избыток сверх запаса для личного потребления до нового хлеба должен быть заявлен каждым крестьянином к сдаче в недельный срок после объявления этого постановления. Если затем будет обнаружен у какого-либо крестьянина незаявленный избыток, то хлеб отбирается у него бесплатно, а твёрдая цена, которая полагалась бы за этот хлеб, выплачивается тому, кто на него укажет».

Так как в сельских советах, созданных сразу после революции, была ещё значительная прослойка зажиточных, хозяйственных крестьян, выступавших против реквизиций, то 11-го июня 1918 года появился декрет «Об организации и снабжении деревенской бедноты». Согласно декрету создавались сельские и волостные комитеты бедноты (комбеды). Избирать и быть избранными в них могли сельские жители, за исключением «кулаков», то есть устанавливался имущественный избирательный ценз. Началась замена сельских и волостных советов комбедами. Такой Беловодский участковый комитет бедноты был создан 4-го января 1919 года на участковом съезде большевиков. Членами Беловодского районного комитета бедноты были избраны Алкозинов, Буславин, Елхимов, Захарченко, Султанкулов, Токтосунов и Шиянов. Председателем был избран Самусь, секретарём – Дунаев. [(314), стр. 191].

В сёлах, которые отказывались «добровольно» избирать комбеды и утверждать списки подлежащих экспроприации «кулаков», проводились аресты зажиточных крестьян, а также «сомнительных и неблагонадёжных» граждан, указанных местными просоветскими активистами. Все они объявлялись «врагами трудового народа» со всеми вытекающими из этого последствиями. К работе по изъятию продовольствия стали активно привлекать людей из голодающих крестьянских семей и городских жителей. Руководили этой работой специально созданные продовольственные комитеты, наделённые чрезвычайными полномочиями. Фактически комбеды превратились в органы государственной власти.

Комбеды осуществляли учёт и распределение хлеба, продуктов первой необходимости и промышленных товаров. Они помогали продотрядам в изъятии хлеба, вели набор в Красную Армию, перераспределяли землю в соответствии с установленными нормами. Для этого были предприняты активные административно-организационные усилия, опиравшиеся на вооружённую силу и репрессии против крестьян. Летом 1918 года Совнарком объединил продотряды в продовольственные полки, соединённые в Продармию. Официально её численность в ноябре 1918 года достигала 72 тысячи человек. Проведение продразвёрстки нового урожая власти начали с проведения уездных и губернских съездов Советов. На них продразвёрстке была придана видимость «всенародного одобрения», приняты решения о нормировании продовольствия у населения и его учёте.

Декрет о комбедах был идеологически и агитационно продуман. Задачи комбедам в декрете ставились в перевёрнутом виде. Первой задачей определялось: «1). Распределение хлеба, предметов первой необходимости и сельскохозяйственных орудий». То есть сначала пряник. Но ведь сначала нужно знать, откуда будут поставлять или где взять хлеб, который надо распределять? На этот вопрос ответ даёт второй пункт декрета: «2). Оказание содействия местным продовольственным органам в изъятии хлебных излишков из рук кулаков и богатеев». Интересно, где это, когда и у кого были излишки денег и хлеба? Благодаря имущественному цензу в комбедах, естественно, заправляют бедняки и деклассированные элементы.

По декрету часть изъятого продовольствия оставалась комбедам: до 15-го июля бесплатно, а затем с большой скидкой. Поэтому комбеды активно берутся за выполнение не первого, а второго пункта декрета: – изъятие хлебных «излишков». Они начали свою деятельность с проведения реквизиций у зажиточных крестьян, лиц, занимающихся торговлей, а также у тех людей, которые до революции считались состоятельными. Для этого проводились обыски, при этом широко использовалось доносительство. Доносчики поощрялись снижением требуемых с них норм сдачи продовольствия. Продразвёрстка организовывалась строго по социальному признаку. В зависимости от социального положения – бедняк, середняк, «кулак» – местные власти и продотрядники устанавливали размеры продразвёрстки.

Суровые кары обрушивались на крестьян, успевших продать выращенный хлеб. У таких хозяев конфисковывались оставшийся хлеб, скот, имущество. В декрете Совнаркома от 11-го января 1919 года говорилось: «Сельские хозяйства, не сдавшие к установленному сроку причитающееся на них количество хлебофуража, подвергаются штрафу. К упорствующим из них и злостно скрывающим свои запасы применяются суровые меры, вплоть до расстрела». Таково было положение в стране с хлебозаготовками. Без учёта того, что останется ли у крестьянина нужное ему количество хлеба, сдай требуемый объём зерна, по мизерной государственной цене и к указанному сроку. За невыполнение – расстрел.

В советской исторической литературе, посвящённой этому периоду, можно было прочитать: «В ряде случаев Совдеп применял не сплошное изъятие излишков, а обязывал богатые сёла сдавать хлеб в установленном размере». То есть, уменьшение нормы грабежа преподносилось как благодеяние. Нормы сдачи продовольствия носили неопределённый характер и зачастую определялись «на глаз». Никакие просьбы по снижению норм не принимались. Расплата с крестьянами за реквизированное продовольствие осуществлялась расписками, и только часть продуктов оплачивалась по, так называемым, «твёрдым ценам».

Этот период характеризуется всеобщим беззаконием и анархией, когда созданные комбеды, не имея чётких правовых норм, действовали произвольно, руководствуясь «революционным сознанием». Вдобавок к организованному грабежу, в городах стали создаваться самоинициативные рабочие отряды. А так как часть изъятого продовольствия продотрядовцы отправляли на свои предприятия, где за ними сохранялась зарплата, то у крестьян часто отбирались не только «излишки», но и всё имеющееся. Начальник милиции Пишпекского уезда признавал: «Большая часть солдат пришла в Красную гвардию, чтобы прокормить семьи. Они не руководствуются идейными соображениями».

В результате этих реквизиций и беззаконий по стране прокатывается новая мощная волна крестьянских выступлений теперь уже против советско-комбедовской власти. Рост крестьянского недовольства, порождённого действиями комбедов, как директивными, так и самовольными злоупотреблениями, стало представлять опасность для большевиков. А новый режим нуждался в установлении союза с крестьянством, так как оно, по причине своей многочисленности в аграрной стране, поставляло большую часть солдат для Красной Армии. Большевики поняли, что они совершили очередную ошибку, и уже в ноябре 1918 года, обвинив комбеды в «перегибах» и в создании «напряжённости» в селе, они их ликвидировали.

Для проведения непопулярной политики «военного коммунизма» какой-то орган всё же был нужен, и комбеды были заменены «ревкомами». В Большой советской энциклопедии сообщается, что «ревкомы» – временные чрезвычайные органы Советской власти периода Гражданской войны и иностранной интервенции 1918 – 1920 годов». Ещё одна фальсификация. Ревкомы не избирались, а назначались на основании распоряжений партийных органов и военных советов фронтов взамен Советов. Они полностью выполняли функции органов власти и управления.

Ревкомы были наделены особыми правами и широкими полномочиями, сосредотачивали в своих руках всю полноту военной и политической власти. Однако их статус был оформлен задним числом – Положением о революционных комитетах, принятым ВЦИК и Советом обороны 24 октября 1919 года. Комплектовались ревкомы, в основном, городскими, армейскими и чекистскими кадрами. Такие представители новой власти, не знакомые с местной спецификой, не имеющие опыта в мирном хозяйствовании, проводили свою деятельность с помощью насилия и террора. Каждый крестьянин, пытавшийся продать продукты своего труда, объявлялся «врагом Советской власти», а свободная торговля – «путём к возрождению царского режима». Вождь большевиков признавал: «Нам пришлось осуществлять диктатуру пролетариата в самой суровой её форме». В Постановлении СНК от 5 сентября 1918 года о деятельности ВЧК говорилось, «что при данной ситуации обеспечение тыла путём террора является прямой необходимостью».

По стране доведённые до отчаяния и ярости крестьяне брались за имеющееся у них оружие: топоры, вилы, охотничьи ружья и принесённые с фронта винтовки. Собирались в отряды и полки и сражались под лозунгами: «Да здравствует свободный труд и свободная торговля! За истинную народную власть, а не именующую себя рабоче-крестьянской, ставшая нашим поработителем и кровопийцей. За Советскую народную власть!» Уже с конца 1917 года начались крестьянские волнения. А с начала 1918 года огромная крестьянская страна полыхала в огне восстаний. Например, во второй половине 1918 года в 16 губерниях страны прошло около 130 крестьянских восстаний, охвативших целые уезды и губернии. А с 1917 по 1921 годы в стране не было ни одного крестьянского уезда, который в тот или иной период времени не оказывал бы продразвёрстке вооружённого сопротивления.

Большевиками эти восстания характеризовались не иначе, как кулацкими мятежами. Потому что если их назвать настоящим именем «крестьянские», то возникают законные вопросы: почему крестьяне восстают против «народной» власти и почему против них воюют «выразители» чаяний трудового крестьянства – большевики? Но, поостыв от классовых битв, осенью 1922 года Ленин признал: «Крестьянские восстания до 1921 года представляли общее явление в России». Одним из этих восстаний было и Беловодское восстание в декабре 1918 года.

Теперь о характеристике Беловодского восстания как «эсеро-бандитское». Что за бандиты участвовали в восстании, читатель, надеюсь, в первой части статьи убедился. К сожалению, у меня нет более подробных данных о руководителях Беловодского восстания, кроме тех, которые будут представлены в очерке. Но вот, для сравнения, некоторые сведения о руководителях антибольшевистского выступления в Ташкенте в январе 1919 года. Осипов К. П., большевик, член партии с 1913 года, участник борьбы с белогвардейцами, военный комиссар Туркестанской республики.

Вполне возможно, что Осипов замаскировавшийся или беспринципный авантюрист. Тогда краткие сведения о других руководителях выступления. Агапов В., большевик, член партии с 1904 года, был в эмиграции, где встречался с Лениным, Бухариным и Луначарским, как охарактеризовал его официальный обвинитель на суде, «самородок ума». Цветков П., полковник, член Ташкентского комиссариата по гражданским делам, слыл знатоком мусульманского права, владел восемью языками. То есть, это были люди, разочаровавшиеся политикой большевиков, причём не один Осипов.

Далее об идеологах восстания – об эсерах. На рубеже XIX и XX веков почти одновремённо возникли партии социал-демократов (впоследствии большевики, коммунисты) и социал-революционеров (эсеров). В советской историографии преобладала отрицательная оценка эсеров. Об эсерах если и упоминали, то, при освещении дореволюционного периода, как правило, как о факторе малозначительном. И это несмотря на то, что партия эсеров сыграла значительную роль на первом этапе революции. При описании революционного и особенно послереволюционного периодов характеристики эсерам давались только враждебные.

Чем же это было вызвано и что отличало партию эсеров от РСДРП, появившейся в те же годы? Почему эсеры были объектом нападок большевиков, а после их победы в октябре 1917 года, и почти полного уничтожения? Партия социалистов-революционеров сложилась из оставшихся народовольцев, разгромленных после убийства императора Александра II. Главной социальной силой общества эсеры считали крестьянство, пролетариат и демократическую интеллигенцию, отводя главную роль в революции крестьянству. Учитывая, что 85% населения страны были крестьянами, то эсеры представляли солидную политическую силу и пользовались в народе большой популярностью.

Не случайно, что слежка и преследования царской охранки обрушивались, в основном, не на социал-демократов, а на эсеров. В Северной Киргизии в первые месяцы после установления Советской власти левые эсеры также имели легальные организации, пополняемые главным образом за счёт крестьянства и интеллигенции, и вместе с большевиками входили в Советы. Так, 13 августа 1918 года в Пишпеке состоялся 2-й съезд Советов, на котором был избран уездный исполнительный комитет. Большинство мест во вновь избранном исполкоме было отдано эсерам. В октябре 1918 года при выборах нового волостного Совета Джамансартовской волости половина избирателей выступали за большевиков, а половина – приняла сторону эсеров. В результате чего выборы были отложены. [(97), стр. 46].

В программе партии эсеров, принятой на её 1-ом съезде (декабрь 1905 – январь 1906 г.), содержались пункты установления демократической республики, политических свобод, автономии областей, всеобщего избирательного права, созыва Учредительного собрания, введение трудового законодательства, прогрессивного подоходного налога, установление 8-ичасового рабочего дня. Основой аграрной программы эсеров являлось требование социализации земли, предусматривающей ликвидацию помещичьего землевладения и передачу земли в собственность крестьянам (в отличие от большевистской национализации – передача земли в собственность государства).

Эсеры не были марксистами. Ценя экономическую сущность учения Маркса, они, тем не менее, не признавали многое из его положений. Прежде всего, что особенно важно, эсеры отвергали диктатуру пролетариата, считая её неприемлемой в России, в стране с преобладающим крестьянским населением и немногочисленным, ещё окончательно неоформившемся, не утратившим своих деревенских корней рабочим классом. Из-за популярности в народе и схожести социальных целей эсеры стали основными конкурентами большевиков в политической борьбе начала минувшего века.

Осознание конкуренции с эсерами большевиками проявилась задолго до 1917 года. Достаточно вспомнить работу Ленина «Что такое «друзья народа» и как они воюют против социал-демократов». Что касается большевистских методов борьбы, то они хорошо известны: кто не с нами, тот против нас. Писатель-эмигрант Э. Гуль в книге «Я унёс Россию» описывает пересказанный ему лидером эсеров В. М. Черновым разговор с Лениным, состоявшийся в 1911 году в Швейцарии. «Толковали мы с Лениным в ресторанчике за кружкой пива. Я ему и говорю: «Владимир Ильич, да приди вы к власти, вы на следующий день меньшевиков вешать станете». Он поглядел на меня с такой монгольской хитринкой и говорит: «Первого меньшевика мы повесим после последнего эсера», – прищурился и засмеялся».

В реакционный период, после поражения революции 1905 – 1907 годов в результате жестокого преследования и провокационной деятельности одного из видных деятелей партии Е. Ф. Азефа произошёл раскол партии на правых и левых эсеров. После Февральской революции 1917 года влияние эсеров резко возросло (в 1917 году около 400 тысяч членов). Эсеры и меньшевики получили большинство в исполкомах Петроградского и других Советах рабочих, солдатских и крестьянских депутатов, в земельных комитетах. В том числе и в Беловодском совете.

Первое Советское правительство, образованное II Всероссийским съездом Советов рабочих, крестьянских и солдатских депутатов 26 октября (8-го ноября) 1917 года, было полностью большевистским. Произошло это потому, что к моменту принятия решения об учреждении правительства и его составе, главные оппоненты большевиков – меньшевики – покинули съезд, не добившись от большевиков согласия на формирование коалиционного демократического правительства, которое представляло бы все социалистические силы страны: большевиков, меньшевиков, эсеров и народных социалистов. Левые эсеры, выступая против Временного правительства, в то же время были против установления в России диктатуры пролетариата. Тактику большевиков для захвата власти эсеры считали опасной, потому что они видели в ней не борьбу за власть Советов, а борьбу за власть определённой партии. Поэтому левые эсеры отказались войти в правительство, считая, что есть возможность формирования социалистического правительства на широкой базе.

Захватив власть, большевики, тем не менее, понимали, что от решения вопроса о коалиции в правительстве зависела не только политическая ситуация в стране, но и положение России на международной арене, где за ней всё более закреплялось репутация государства с отсутствием даже подобия демократии. Пытаясь продемонстрировать всем, особенно мировой общественности, свою приверженность демократии, большевики вступили в переговоры с левыми эсерами, которых поддерживала значительная часть трудового крестьянства. Подтолкнуло большевиков к этому шагу решение Всероссийского исполнительного комитета союза железнодорожников (ВИКЖЕЛЬ), который, угрожая всеобщей забастовкой, потребовал создания правительства, в которое вошли бы представители всех социалистических партий.

В результате длительных и трудных переговоров в декабре 1917 года в правительстве появились левые эсеры. Сотрудничая с большевиками, эсеры все же пытались проводить свои принципы. Эсеры выступали против большевистской продовольственной политики, требовали свободы торговли. Ранее уже рассказывалось о решении Пишпекского уездного совета принять меры к председателю-эсеру Беловодского совета, сопротивляющегося проведению продразвёрстки.
Прошло всего два с половиной месяца, и блок эсеров и большевиков распался из-за расхождений по принципиальным вопросам. 

После разгона большевиками Учредительного собрания, большинство в котором получили правые эсеры, левые эсеры поставили вопрос о «создании постоянного федеративного законодательного органа». Большевики же отстаивали уже сложившуюся практику, когда функции законодательного органа присвоил себе Совнарком. Это было первой трещиной в коалиции. Окончательный разрыв произошёл, когда большевики, чтобы удержаться у власти, подписали с Четверным союзом (Германия, Австро-Венгрия, Болгария и Турция) 3-го марта 1918 «похабный», по признанию самого Ленина, Брестский мир. По этому договору от России отторгались Финляндия, Прибалтика, Польша, губернии с преобладающим белорусским населением, Украина, Бессарабия, Батумская (Грузия) и Карская (Армения) области. Россия была обязана выплатить 3 млрд. рублей (90 тонн золота) репараций.

В обоих случаях (разгон Учредительного собрания и заключение Брестского мира) решения принимались не в интересах страны в целом, а в интересах отдельной партийной группы. Поэтому даже не все большевики (Бухарин, Дзержинский, Троцкий) были согласны с условиями заключения Брестского мира. Если, например, Н. И. Бухарин только выступал против заключения мира, то некоторые члены правительства из большевиков оставили свои посты. Вышли из правительства и левые эсеры.

Если
революции у эсеров были теоретические разногласия с большевиками, то после захвата власти большевиками, увидев их реальную политику, эсеры объявили большевизм антиреволюционным течением, использующим псевдосоциалистическую риторику. Эсеры считали неприемлемой диктатуру коммунистической партии, подменившей собой власть Советов; требовали равенства прав трудящихся города и деревни; свободного переизбрания Советов; восстановления свободы слова, печати и собраний для всех трудящихся и всех социалистических течений; а также равных, тайных и пропорциональных выборов в Советы.

Эсеры обвиняли большевиков в продовольственной диктатуре, в организации продотрядов, отбирающих хлеб у крестьян. В аграрной политике эсеры обвиняли большевиков в предательстве интересов крестьянства, а именно в неприятии социализации земли и замене её национализацией.
14-го июня 1918 года Всероссийский Центральный Исполнительный Комитет (ВЦИК, законодательный орган, действующий между съездами Советов), обвинив эсеров в контрреволюционной деятельности, исключил их из своего состава.

Эсеры, руководствуясь своим партийным девизом: «В борьбе обретёшь ты право своё», организовали выступление против большевиков. Действия эсеров в Москве и других городах были поддержаны мятежом командующего Восточным фронтом М. Муравьёва. Выступления были подавлены, эсеров обвинили в антиреволюционной деятельности и подвергли массовым репрессиям. В 1922 году партия прекратила существование. Часть эсеров эмигрировала, многие были арестованы, отправлены в ссылку или расстреляны, в том числе и лидер левых эсеров М. Спиридонова. 

Если власть Временного правительства, хотя и в условиях двоевластия с Советами, была признана по всей стране, то установление большевистской власти проходило в условиях ожесточённой борьбы, вплоть до кровавых столкновений. Так как руководство Беловодского восстания установило связь с семиреченскими казаками, то необходимо рассказать о событиях в северных уездах Семиречья. В Пишпеке Советская власть была установлена в начале февраля 1918 года митинговым порядком. Гораздо труднее и сложнее проходило установление Советской власти в Верном, в центре Семиреченского казачества. После получения известия о большевистском перевороте в Петрограде и восстании в Ташкенте, в Верном 1-го ноября 1917 года было образовано Войсковое правительство, которое заявило о непризнании власти большевиков и ввело в области военное положение.

Продолжение в 3-ей части на 7-ой стр. каталога
Категория: Мои очерки | Добавил: Борис (13.11.2011)
Просмотров: 1638 | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: