Главная » Статьи » Мои очерки

ПО ИМЕНИ ГОРОДА КРИЧЕВА. 385-АЯ КРИЧЕВСКАЯ ДИВИЗИЯ. ЧАСТЬ 2-АЯ.

Продолжение, начало в 1-ой части. http://belovodskoe-muh.ucoz.ru/publ/po_imeni_goroda_kricheva_385_aja_krichevskaja_divizija_chast_1_aja/1-1-0-267
       Ставка выделяет дополнительные резервы, а командования фронтов проводят перегруппировку войск. 8-го февраля 385-ая дивизия в составе 10-ой армии была передислоцирована западнее Барятино в район деревень Шемелинка – Высокая Гора – Каськово - Замошье. После занятия позиции 09.02.42 385-ой дивизии была поставлена задача наступления в северо-западном направлении на деревни (перечисление с юга на север) Лощихино, Яковлевка, Каменка, Марьино, Прасоловка, Гореловский и Сининка, которые с востока прикрывали крупный узел железных дорог и Варшавского шоссе – станцию Занозное, расположенную юго-восточнее Спас-Деменска Смоленской области.
      О дальнейшем периоде боевого пути 385-ой дивизии, участии в Ржевско-Вяземской наступательной операции, следует сказать особо и подробнее. Для меня странно, когда генерал армии М. А. Гареев в статье «Операция «Марс» и совремённые «марсиане» (Военно-исторический журнал, 2003, №10, стр. 21) пишет: «Если судить по конкретным результатам, то победа, в конечном счёте, была на стороне советских войск. Так что не приходится особенно сожалеть по поводу итогов проведённых операций на западном направлении, в том числе операции «Марс». (Выделено мной – Б. М.). Хотя это сказано о втором этапе Ржевско-Вяземской операции, в котором 385-ая дивизия не участвовала, но по количеству жертв оба этапа мало отличаются друг от друга. Поэтому я, наоборот, очень сожалею о многочисленных жертвах, понесённых в Ржевско-Вяземской операции. Об этом же я далее приведу высказывания К. К. Рокоссовского и П. А. Белова.
       Район действия 385-ой дивизии подробно описан в книге Северина М. Ильюшечкина А. «Решающий момент Ржевской битвы»: «Каждое сражение Великой Отечественной войны происходило в своих, характерных только для него, условиях, которые во многом и определяют исход боя. Поэтому мы сочли должным особое внимание уделить обстоятельствам, в которых приходилось действовать советским стрелковым дивизиям и танковым бригадам. Для этого приведём описание местности, (на которой действовала 385-ая дивизия – Б. М.). Местность в секторе предстоящего наступления дивизии имела довольно сложный рельеф, крайне неблагоприятный для использования танков, и, в то же время, была удобной для ведения жёсткой позиционной обороны, чем и воспользовался противник.

                       

Район действий 385-ой дивизии в феврале - апреле 1942 года. (Барятинский район Калужской области).
      Барятинский район тогда Смоленской, а с 1944 года – Калужской области до войны являлся плотно и относительно равномерно заселённой территорией с большим количеством, как крупных деревень, так и мелких посёлков в 20 – 30 домов. Посёлки Гореловский и Малиновский, располагавшиеся на удалении немногим более километра друг от друга, являлись отличными опорными пунктами для обороны. Гореловский находился на возвышенности, к которой с севера вплотную прилегал обширный лесной массив, удобный в использовании для срытого маневра и сосредоточения сил. Южнее посёлка простирались обширные пахотные поля, чётко просматриваемые, а, следовательно, и хорошо простреливаемые на глубину более километра.
       "Западнее располагался посёлок Малиновский, местность вокруг которого отличалась только тем, что к юго-востоку от посёлка была роща размером 500 на 800 метров (советские командиры за характерную форму в своих донесениях называли её «Сердце»), которая несколько ограничивала противнику сектор обстрела прямой наводкой. В километре к северо-востоку от Гореловского начинается сильно заболоченная пойма реки Ужать, тянущаяся дальше в южном направлении. По сути, вся долина реки представляет собой труднопроходимое для танков торфяное болото с множеством родников, подпитывающих реку. Наступление танковой части на этой территории возможно только при условии подробной разведки грунта и инженерной подготовки местности, при этом, практически, полностью исключён манёвр танков под огнём противника.
       "В трагических последствиях танковой атаки в этом овраге мы убедимся несколько ниже. В полутора километрах южнее Малиновского тянется ряд деревень Прасоловка – Каменка – Яковлевка – Лощихино, направлением с севера-запада на юго-восток, находящихся примерно в двух километрах друг от друга. Эти населённые пункты находились на открытом пространстве, имели значительное число каменных строений, удобных для организации огневых точек. К тому же, возле Яковлевки расположена господствующая высота 244,6. С востока и северо-востока подходы к Каменке и Яковлевке прикрывала болотистая пойма реки Ужать и её безымянного притока.
     "Подводя черту под вышесказанным, можно смело утверждать, что все бои в ходе наступления дивизии протекали в крайне неблагоприятных условиях. Для наступления крупной массы войск совершенно не было возможности для продвижения на широком фронте. Этому мешала труднопроходимая пойма реки Ужать. И если в конце марта – начале апреля морозы ещё поддерживали твёрдое состояние грунта, обеспечивающее относительную свободу маневра, то, начиная с середины апреля, потепление превратило и без того сложную для использования танков местность, практически, в непроходимую». к тому же, из-за нападений партизан противник создавал здесь оборонительные сооружения с осени 1941 года. Здесь было построено большое количество дзотов, блиндажей, землянок и окопов полного профиля.
       Зима с глубоким снежным покровом заставляла обе стороны вести бои, в основном, за населённые пункты. Боевые действия 385-ой дивизии этого периода подробно описаны в книге М. Н. Мосягина и А. А. Ильюшечкина Зайцева гора: хроника трагедии (февраль 1942 - март 1943 гг.). В книге описываются оборонительные и наступательные бои советских войск на Варшавском шоссе в 1942 - 1943 гг. Это документальное исследование хорошо издано, богато иллюстрировано, всем советую прочитать. (В дальнейшем описании при указании ссылок "ЗГ").
       9-го февраля дивизия начала бои за деревни Лощихино и Яковлевка (левый фланг) и за деревню Сининка (правый фланг). "Нашим частям здесь противостояли войска 19-ой танковой дивизии, входившей в 40-ой танковый корпус 4-ой армии. В ночь с 8-го на 9-ое 1268-ой полк под командованием И. Д. Резниченко начал наступление на деревню Лощихино со стороны населённых пунктов Высокая гора и Шемелинки. Полный состав полка на момент наступления насчитывал: командиры - 175 человек, младший начальствующий состав и рядовые - 2.258 человек. Командир 1-го батальона капитан Белов отдаёт приказ о наступлении 1-ой и 2-ой ротам. В бой за Лощихино солдаты вступили прямо с марша.

                                      
Бои на правом фланге 10-ой армии 9-го - 12-го февраля 1942 г.
(Из книги Северина М., Ильюшечкина А. Решающий момент Ржевской битвы).

       "Немцы встретили наступающих сильным огнём, но в 12 часов дня двум нашим ротам удалось ворваться на северную окраину деревни. Однако остальные подразделения не смогли подойти к деревне из-за сильного огня противника. В бою выбыло много строевых командиров, и полку пришлось отойти. В этом бою погибли командир 1-ой роты лейтенант Кудельский, политрук Желенко и политрук 1-ой пулемётной роты Подвальный. 3-ья рота 1268-го полка в это время была направлена к деревне Бельня для оказания помощи наступающим подразделениям 1101-го полка 326-ой дивизии. Судьба этой роты была печальной. Согласно журналу боевых действий 1268-го полка "связь с ней была прервана, и рота полностью погибла в боях с немцами". ("ЗГ", стр. 15).
       "10-го февраля 1-ая, 2-ая и 9-ая роты вторично наступают на Лощихино. Из добровольцев была создана штурмовая группа в 80 человек под руководством командира миномётного батальона старшего лейтенанта Самаркина и политрука Хомякова. Накануне атаки наши бойцы наблюдали, как на поле вчерашнего боя немцы раздевали наших погибших бойцов. Враги снимали с шапок красноармейские звёздочки в качестве трофеев. После увиденных гнусностей, творимых врагами над их боевыми друзьями, лежащих на поле боя, бойцы рванулись на штурм деревни и молниеносным ударом взяли её. В руках фашистов осталось лишь несколько крайних домов.
     "В бою отличились своими действиями бойцы 3-ей пулемётной роты - пулемётчики сержант Снориков и Мардиев, которые погибли в занятом ими доме, а сержант Баранов уничтожил гранатами вражеский ДЗОТ. Но наши потери были велики, особенно среди командного состава. В бою были ранены командир и политрук батальона Белов и Баранов, комроты лейтенант Конкин и политруки Иванов и Ильин. Наибольшие потери понёс младший командный состав батальона, и рядовые бойцы оказались в замешательстве. Воспользовавшись этим, немцы контратакой выбили наших из деревни. 11-го февраля части 385-ой дивизии продолжают упорную борьбу за Лощихино и Сининка.
     "В ночь с 10-го на 11-ое февраля в бой вступают подразделения 1266-го полка с приказом атаковать из района Чумазово деревню Сининку, находящуюся на ближних подступах к Варшавскому шоссе. (Со стороны Замошья на Сининку наступали также подразделения 1270-го полка - Б. М.). Подпустив атакующие советские части на расстояние 500 м., немцы открыли сильный огонь. Плотность вражеского огня была столь велика, что атакующие вынуждены были залечь. Пролежав весь день под огнём противника и неся потери, бойцы отступили на прение рубежи. В этом бою погиб офицер пулемётной роты лейтенант Жуков. Оперативная сводка №43 Генерального штаба Красной Армии на 8.00 12.02.1942 года даёт нам следующую скупую информацию: "10-ая армия частью сил вела наступательные бои и частями 385-ой сд овладела районом Лощихино".
     "Но это только, так сказать, "районом", а бои за сам населённый пункт продолжались. 12-го февраля - снова атака. 3-ий батальон 1268-го полка в этот день вёл бой за овладение деревней Яковлевская. В наступлении участвовали 7-ая и 8-ая роты 3-го батальона 1268-го полка. Согласно планам командования, 2-ой взвод 3-ей пулемётной роты с приданным стрелковым взводом должны были отвлечь внимание противника с фронта, в то время как роты ударят по врагу с флангов. Во время атаки прекрасно действовали, прикрывая своим огнём наступающих, пулемётчики Плюхин и Чернышов. Несмотря на хитрость, сломить сопротивление немцев не удалось, и наступающие были вынуждены отойти.
       "В это же время подразделения 1266-го полка с боем взяли Сининку, где у врага были захвачены большие трофеи и документы штаба батальона 557-го пехотного полка. Потери наступающих составили 60 человек. В утреннем донесении оперативной сводки немецкой группы армий "Центр" 12.02.42 г. говорилось: "4-ая армия сообщает: 40-ой танковый корпус, в 2.30 противник проник в населённый пункт Сининка, с 4.30 связь с нп. Сининка прервана". В этот же день, согласно журналу боевых действий 385-ой дивизии, у села Некрасово политруку роты противотанковых ружей 1270-го полка удалось сбить немецкий самолёт ХЕ-111. ("ЗГ", стр.16).
       В операции по взятию деревни Сининка хорошо действовали артиллеристы. Огнём артиллерии были подавлены огневые точки противника, и пехота успешно овладела Сининкой, крупным опорным пунктом обороны немцев. Командир артдивизиона Я. В. Быков (впоследствии командир 948-го артиллерийского полка) вспоминал об этом бое: "Помню, пехотинцы наступали на деревню Сининку. Артиллеристы поддерживали их стрельбой прямой наводкой с открытых позиций. Вместе с пехотой в деревню ворвались разведчики и связисты дивизиона. Как оказалось, наша пехота заняла около десяти домов, но командир был выведен из строя. Я по телефону доложил о сложившейся обстановке командиру дивизии.
      "Он приказал мне принять командование стрелковым батальоном 1270-го полка и очистить деревню от противника. Едва успел ознакомиться с обстановкой, как немцы перешли в контратаку. С криками «ура!» бойцы бросились в рукопашную схватку. Немцы не выдержали напора и отступили. Деревня была освобождена. Когда прибыл пехотный командир, я сдал ему батальон. В Сининке были захвачены большие трофеи, за счёт которых дивизион полностью обеспечил себя телефонными аппаратами, кабелем, автоматами и лошадьми». Трофеями были: документы штаба батальона, противотанковая пушка, 3 ручных пулемёта, 10 автоматов, 21 винтовка, 25 велосипедов, радиостанция, 40 лошадей, 10 ящиков с минами.
       Если Сининка были взята, то атаки 1268-го полка на Лощихино и Яковлевку со стороны деревень Шемелинки и Высокая гора были безрезультатными. Две роты ворвались в восточную окраину Лощихино. Однако, не получив подкрепления из-за сильного огня противника, он были к вечеру вытеснены из деревни. 13-го февраля 1270-ый полк начал наступление по центру фронта на сильный опорный пункт противника – деревню Прасоловку, а также на посёлки Гореловский и Малиновский. Во второй половине дня посёлки Гореловский и Малиновский были заняты. Но из-за массированного огня противника и больших потерь подразделения полка отошли назад.
       В условиях превосходства немцев в артиллерии, господства в воздухе и открытой местности советские войска перешли к тактике ночных атак, или рано утром, когда ещё темно. 14-го февраля 1270-ый полк продолжает атаки на Прасоловку, а 1266-ой полк делает попытку вернуть посёлок Гореловский. Но атаки были отбиты. Понеся большие потери, полки остались на достигнутых рубежах. К 14-му февраля потери полков 385-ой дивизии составили: 1270-ый полк потерял 372 человека, 1268-ой – 295 человек, 1266-ой - 407 человек.

      
Офицеры 447-ой разведроты 385-ой дивизии после возвращения с боевого задания. Слева командир роты И. С. Тимошин. (Из книги Северина М. Ильюшечкина А. Решающий момент Ржевской битвы).

      Из дневника офицера штаба 1270-го полка Александра Матвеевича Фуколова:
       "15-го февраля. 1-ый батальон наступал на пос. Гореловский. Отличилась батарея лейтенанта Разина из четырёх 76-имиллиметровых орудий. Метким огнём они накрыли миномётные расчёты противника. Наводчики Бакулин, Гололобов и Дербуш подавили дзоты, вооружённые пятью пулемётами. Комполка Мозалёв объявил артиллеристам благодарность.
       "16-го февраля 1268-ой полк получает приказ овладеть Яковлевской. В 2.00 17.02.42 1-ый и 2-ой батальоны полка перешли в наступление при поддержке 948-го артиллерийского полка. В результате встречного боя были тяжело ранены и погибли комбат 3-го батальона старший лейтенант Сакаев и политрук Холодилин. Подразделения полка, не сумев сломить сопротивление немцев, отходят на прежние позиции. Немцы тоже не сидят, сложа руки, и периодически предпринимают ответные действия. Так, 16-го февраля противник организует контратаку на Сининку. Атаку удаётся отбить. Потери немцев 100 человек, наши потери - 35 человек". ("ЗГ", стр. 17),
       Из дневника А. М. Фуколова: "17-го февраля атаки на посёлок Гореловский были отбиты. Во время атак на посёлок пулемётчик Алексей Гончаров сбил самолёт противника. Атакующих бомбили 12 бомбардировщиков. Гончаров, уже тяжелораненый, установил свой пулемёт на бруствер окопа и, когда самолёт вошёл в пике, выпустил длинную очередь. Штурмовик, охваченный пламенем, упал на землю. Гончаров за этот бой посмертно был награждён орденом Ленина. В 20-00 17-го февраля 1270-ый полк взял посёлки Гореловский и Малиновский". Оперативная сводка советского Генштаба сообщала: "10-ая армия частями 385-ой дивизии к исходу 17.02 овладела районом Малиновский - Гореловский".
       После больших потерь 1266-ой полк 18-го отходит в Сининке и Чумазово. Из оперативной сводки группы армий "Центр" на 18 февраля: "19 тд отбила крупную атаку противника на населённый пункт 2 км. северо-восточнее нп. Прасоловка". 19-го февраля солдаты 1268-го полка проводят ночную разведку боем у деревни Яковлевская под командованием капитана Задорожного. В результате боя удалось ворваться в деревню, но закрепиться не могли и вынуждены были отойти. 20-го февраля советский Генштаб с горечью констатирует: "385-ая сд в результате контратаки противника оставила район Малиновский и отошла на рубеж Сининка - Марьино". ("ЗГ", стр. 17).
       Из дневника А. М. Фуколова: "22-го февраля после ночных контратак, поддержанных сильным миномётным огнём, противник занял посёлок Гореловский. Одновремённо немцы интенсивным артиллерийским огнём отсекли пути отступления оборонявшейся роте. Батальон, не имея огневой артиллерийской поддержки, также не смог оказать поддержку своей роте. Не имея возможности выйти из огневого окружения, сражаясь до последнего, 1-ая рота 1-го батальона (1270-го полка - Б. М.) во главе со своим командиром лейтенантом Овчинниковым полностью погибла". В ночь с 22-го на 23-ье февраля 1268-ой полк проводит наступление на деревню Яковлевская составом двух неполных батальонов, и опять неудача. Командование вынуждено отдать приказ ограничится блокированием деревни Яковлевской.
                                   Документ. ПИСЬМО
                   командира роты А. Курбаналиева. Февраль 1942 г.
       "Дорогие комсомольцы солнечной Киргизии. Шлю Вам всем фронтовой пламенный комсомольский привет. Сегодня 24-ую годовщину Красной Армии и Военно-морского флота СССР нам приходится праздновать в тяжёлых условиях. Наверное, Вам всем хорошо известны кровавые злодеяния фашистских бандитов, но всё-таки спешу сообщить, что я видел собственными глазами. В Барятинском районе Смоленской области вы не найдёте ни одного села, которое фашисты не разрушили бы, не сожгли.
      "Только предполагается, что на этом месте было село, узнаёшь по углям, по развалинам кирпичей и грунту. А мирные жители: колхозники, женщины, старики, дети живут в погребах, а большинство под открытым небом. Например, в сёлах Касково, Марьино, Погорелово, Чумазово и во многих других сёлах нет ни одной неразрушенной хаты. С особой жестокостью расправляются немецко-фашистские изверги над ранеными и попавшими к ним в плен красноармейцами.
       "10-го февраля моя рота получила приказ об уничтожении фашистов в селе Погорелово. Мы выполнили приказ командования. Здесь бойцы показали исключительную храбрость, стойкость, дисциплинированность и ненависть к фашистам. Боец Трусов (из Иссык-кульской области) убил 27 фашистов и был 6 раз ранен, но не бросил поле боя. Погиб, как герой, отдал свою жизнь за Родину, за Коммунистическую партию. Политрук Воронович (бывший работник "Советской Киргизии"), увлекая за собой бойцов, повёл их в атаку и погиб, как большевик. Мы с тов. Соломаха (бывший зав. военно-физкультурного отдела Иссык-кульского обкома комсомола) живы и здоровы. Несколько раз мы ходили с ним в атаку, увлекая за собой бойцов. Я сам 12-го февраля 1942 г. был в окружении, из ручного пулемёта скосил 53 немца, и с боем вышли из окружения.
       "Уверяем Вас, товарищи комсомольцы, мы будем истреблять фашистов до последней капли крови, не жалея своей жизни, будем с честью выполнять приказы командования, точно так же и Ваши наказы. Курбаналиев Ахметали".
       В результате боёв с 9-го по 22-ое февраля потери 385-ой дивизии составили: в 1266-ом полку погибло 502 человека и 170 пропали без вести; в 1268-ом - 386 убитых и 272 пропали без вести; в 1270-ом - 369 убитых и 24 пропали без вести; в 948-ом артиллерийском полку - 21 убитый и 17 пропали без вести. Эти цифры людских потерь не полные. В них не входили раненые и обмороженные, многие из которых тоже выбыли из состава дивизии, а также не указаны потери вспомогательных дивизионных подразделений. Кроме других причин неудачного наступления, сказывались недостатки в руководстве войсками и промахи командования.
      Командир 1270-го полка капитан Мозалёв докладывал вышестоящему командованию: «13 – 17-го февраля 1942-го года Гореловский и Сининка взяты. Есть пленные. Лощихино, Яковлевка, Прасолово – крепкие орехи. Много жертв, а дело до конца не доведено. Кто перед нами, огневые средства противника – всё это неизвестно. Разведка запоздала, да её, по-видимому, недооценивают. Взять с ходу – это не только несерьёзно, но и преступно. Артиллерия не подтянута, в результате, дивизия тает, а Лощихино, Яковлевка и пр. крепнут». В результате этих неудач и больших потерь в личном составе командир 385-ой дивизии И. М. Савин и военный комиссар Нестерук «за неумелое руководство войсками» 23-го февраля были отстранены от командования дивизией. Командиром дивизии был назначен полковник Г. М. Немудров, военным комиссаром – Паршутин.
                             Документ. ПОЛИТДОНЕСЕНИЕ
                            10-ой армии Западного фронта.
       "Секретно. В политотдел Западного фронта.
     "Наибольшее количество преступлений (по терминологии политруков здесь имеются в виду не уголовные преступления, а невыполнение поставленных командованием задач, пусть заведомо нереальных, - Б. М.) отмечено в частях 385-ой сд. По вине командира дивизии, преступно руководившего вверенными ему войсками, неспособного организовать боевые операции не только соединением в целом, но и отдельными частями, благодаря чему не выполнено ни одного боевого приказа Военного Совета армии. Командир дивизии полковник Савин и военный комиссар Нестерук не организовали систематической разведки сил врага, расположения его основных средств, тщательного изучения местности и путей подхода к расположению противника, а порой, своевременно не имея данных о силах противника, назначали атаки вслепую, от чего несли большие потери.
      "В силу отсутствия командирской воли и большевистской настойчивости, в сознание массы бойцов и командиров не внедрялось высокой политической сознательности, железной воинской дисциплины, презрения к смерти, наступательного порыва, бодрости и уверенности победы над врагом. В силу этого, во время боевых операций отдельные лица начальствующего состава и бойцов преступно не выполняли приказы, проявляли неорганизованность, растерянность, трусость и панику, бросали оружие и бежали с поля боя.
     "Например: командир 2-ой роты 1-го батальона 1268 сп Бородин, выполняя приказ по овладению с. Лощихино, вместе с другими подразделениями полка ворвался на окраины села. В это время был ранен командир батальона, и Бородину было приказано принять командование батальоном. Бородин этого приказа не выполнил. Благодаря этому, люди, лишённые руководства, начали панически бежать из села. В силу того, что фланги батальона оказались неприкрытыми (что обязан был и имел возможность сделать Бородин), батальон понёс большие потери. Бородин судом Военного трибунала на основании приказа НКО №270 приговорён к расстрелу. (Хотя приказ №270 предусматривал и разжалование в рядовые – Б. М.).
      "Ряд лиц комсостава 385 сд имеют слабую воинскую подготовку. Например, начальник 1-го отделения штаба дивизии майор Спиридонов. В 1917 году при Керенском он окончил ускоренные курсы прапорщиков, затем некоторое время участвовал в Гражданской войне в рядах Красной Армии, был демобилизован, состоял в запасе и, работая последнее время экономистом, раза 2 - 3 привлекался на учебные сборы начсостава. В 1941 году был призван по мобилизации и возглавил 1-ое отделение штаба дивизии.
      "Начальник политотдела 10-ой армии". (Подпись неразборчива). (ЦАМО, ф. 353, о. 5879, д. 177, л. 173). (Как следует из донесения, причиной неудач были вовсе не ошибки стратегического планирования, не отсутствие снарядов, а ... читайте выше - Б. М.).
       О подобной ошибке, но уже на более высоком уровне (о неподкреплённой позиции Сталина говорилось выше) рассказывает в своём "Полевом дневнике" ("Военно-исторический архив", 2005, №3) командир 1-го гвардейского кавалерийского корпуса, участвовавшего в Ржевско-Вяземской операции, генерал-майор П. А. Белов: "3 января 1942 года. Подкопаево. (Мещовский район Калужской обл. - Б. М.). Получена новая директива фронта, в которой мне ставится задача сначала разбить противника в районе Мосальска, а потом действовать в направлении на Вязьму. Эта директива отменяет вчерашнюю, где фронт требовал разбить юхновскую группировку, а потом наступать на Вязьму. Я очень сожалею об этих частых изменениях задач, так как не успеешь довести до конца выполнение одной задачи, как требуется прекращать бой, даже успешный, и начинать перегруппировку в новом направлении.
       "Мы уже близко к Юхнову. Уже захватили юхновский аэродром противника с сожжёными самолётами противника, уже некоторые наши отряды пересекли Варшавское шоссе южнее Юхнова, причём освободили большую колонну пленных красноармейцев, которых немцы отводили из Юхнова на Спас-Деменск. Однако всё это пришлось оставить и поворачивать налево". (Комментарий журнала: "Как видим, командование Западного фронта допустило ошибку, изменив направление действий 1-го гв. кавкорпуса. Противник, воспользовавшись этим, подтянул свежие силы. Время было упущено. Ржевско-Вяземская операция после этого развивалась уже по другому сценарию. Юхнов был освобождён только 5-го марта 1942 года").
        В результате этой ошибки, как пишет далее в своём дневнике П. А. Белов, для прорыва Варшавского шоссе корпусу пришлось прилагать дополнительные усилия: "После овладения Мосальском я неустанно стремился прорваться в каком-либо месте через Варшавское шоссе. Но все мои попытки оканчивались неудачно. Немцы очень быстро приспособили к обороне населённые пункты, которые находились между собой в тактической связи. Нам удавалось прорваться между этими пунктами или овладеть одним - двумя пунктами, но на Варшавском шоссе немцы сосредотачивали подвижные резервы мотопехоты и танков, которые отбивали наши попытки прорваться. Я менял тактику, пытаясь нанести удар то в одном месте, то в другом, наступая то днём, то ночью. Моя разведка проникала в тыл противника, но успеха, всё же, не было".
       Как же командование исправляло свою ошибку? Читаем дальше в дневнике Белова: "27 января 1942 г. Тиханово. (Мещовский район Калужской обл. - Б. М.). У меня уже несколько дней находится заместитель командующего фронтом генерал Г. Ф. Захаров. Он прислан в качестве "толкача", чтобы заставить нас скорее выполнить задачу и наступать на Вязьму. С первых же шагов он начал угрожать отдельным офицерам расстрелом. Первым ему на глаза попался начальник разведки корпуса Кононенко, которого Захаров изругал и обвинил в том, что корпус не имеет хороших дорог, по которым можно было бы наладить движение автомашин. (Причём тут начальник разведки, а не зам. по тылу? - Б. М.). Захарова за его сердитый нрав в корпусе прозвали "пикировщик". По его настоянию был приговорён к расстрелу командир полка Юшин за то, что полк не смог преодолеть Варшавское шоссе".
       Есть и более яркий пример, и на более высоком уровне. Февраль 1942 г. Корпус Белова прорвался к 33-ей армии, действующей в тылу противника. Всего один стрелковый батальон 93-ей дивизии, защищавший коридор прорыва, был атакован с двух сторон силами 4-го полка СС у деревни Захарово и 20-ой танковой дивизией у деревни Савино. Конечно, противнику не стоило труда сломить сопротивление батальона и закрыть прорыв. Под натиском превосходящих сил батальон оставил позиции, корпус Белова оказался отрезанным. Последовал приказ Жукова: батальон, который защищал прорыв, "вернуть обратно, виновных в сдаче особо важного пункта арестовать, судить и расстрелять на месте независимо от количества". (ЦАМО, ф. 208, о. 2511, д. 1429, л. 32 - 33). Вот так, не дожидаясь расследования и решения суда "расстрелять на месте независимо от количества". На Руси защитников много! Это для нас они защитники отечества, а для некоторых были расходным материалом.
      В марте 385-ая дивизия продолжала наступательные действия на Варшавское шоссе. 2-го марта 1268-ой полк получает приказ свои наступательные действия сосредоточить на деревне Яковлевка, а 1270-ый нанести удар по деревне Лощихино. Наступающие подошли к окраинам на 100 - 150 метров, но были отбиты. При наступлении проявили себя автоматчики лейтенант Камбулина. 5-го марта Жуков, докладывая Верховному обстановку за 05.03.1942 г., сообщал: "10-ая армия. в 5-00 части армии по всему фронту перешли в наступление. На правом фланге части ворвались в Яковлевку, Лощихино. Идёт уличный бой".
       6-го марта, рано утром двум ротам 1270-го полка удалось ворваться в деревню Лощихино. Бой за удержание деревни вёлся весь день. Немцы вели усиленные артиллерийский и миномётные обстрелы и наносили бомбовые удары. Не получив подкрепления и артиллерийской поддержки, занявшие деревню роты, понеся большие потери, были вынуждены отойти. При отходе отличилась группа под командованием политрука Дёмина, прикрывавшая отход батальона. Из дневника Фуколова: "6-го марта. Полк возобновил натиск на Лощихино. Ожесточённая схватка завязалась в самом селе. Боевой славой покрыл себя политрук Дёмин.
       "В тяжёлой обстановке он не только проявил мужество, но и умение малыми силами добиваться победы. Прикрывая отход своего батальона, Дёмин с группой бойцов отразил несколько ожесточённых контратак врага. Четыре часа несколько красноармейцев вели неравный бой. В этом бою Дёмин был ранен, но не вышел из боя. Фашисты хотели окружить смельчаков, но эта попытка стоила им многих солдат. Дёмин вернулся в расположение батальона. Дерзко действуя в тылу врага, рота автоматчиков лейтенанта Камбулина добыла ценные разведывательные данные.
       "Возвращаясь назад, камбулинцы захватили "языка" - фашистского унтер-офицера. При отходе ими было уничтожено семь гитлеровцев. Через линию фронта они пронесли и трофеи: три автомата и три ручных пулемёта". В это же время 1266-ой полк пытался овладеть деревней Яковлевская. Противник открыл по наступающим шквальный огонь из всех видов оружия. Атака была отбита. Отсутствие артиллерийской поддержки не было несогласованностью в управлении войсками, а потому что не было снарядов. Командир артдивизиона Я. В. Быков вспоминал, что ему на 12 пушек и гаубиц на день боя отпускалось всего 20 снарядов.
       Плохое снабжение боеприпасами подтверждает и Жуков в своих воспоминаниях: "Трудно поверить, что нам приходилось устанавливать норму расхода боеприпасов 1 - 2 выстрела на орудие в сутки". В донесении Западного фронта на имя Верховного Главнокомандующего от 14-го февраля говорилось: "Как показал опыт боёв, недостаток снарядов не даёт возможности проводить артиллерийское наступление. В результате система огня противника не уничтожается, и наши части, атакуя мало подавленную оборону, несут очень большие потери, не добиваясь надлежащего успеха". Хотя с введением станции Барятинская положение в снабжении улучшилось, но всё же было недостаточным.
       Например, в оперативной сводке 447-го артиллерийского полка от 27-го марта в сообщении о поддержке частей, наступавших на хутор Гореловский и деревню Прасоловку, говорилось, что 2-ой дивизион полка "вёл огонь в течение суток по огневым точкам и скоплениям противника: 4 бат. - Гореловский (15 снарядов), Малиновский (4 снаряда); 6 бат. - Прасоловка (22), Гореловский (5)". За сутки на пункт наступления, по хутору Малиновскому было произведено всего 4 выстрела! Атаки пехоты были почти ежедневными, но в документах часто встречалась фраза: "Атака началась без артподготовки". Или, например, в воспоминаниях А. М. Фуколова: "Не имея огневой поддержки артиллерии, батальон не мог оказать помощь своей роте". Не хватало снарядов.
        Сказывались и трудности в доставке. В тылу 10-ой и 50-ой армий был участок железной дороги Сухиничи – Смоленск. Но он использовался только до станции Дабужа, которая находилась в 22-ух км. от Барятинской. Далее поставки осуществлялись автомобильным и гужевым транспортом, с которыми также были затруднения из-за снежной зимы. Житель Барятинского района И. Любезнов вспоминал: «Станция Дабужа – последняя, до которой доходили поезда, была перевалочной базой, откуда техникой и личным составом снабжались части, ведущие бои вдоль Варшавского шоссе. Полутораметровых снежных заносов, которые были в ту зиму, по утверждениям стариков, не случалось лет 50.
        «Чтобы сделать проход для техники, жители окружающих деревень, от Дабужи до Крутой, с 15-го января по 25-ое февраля работали на расчистке дороги. В последний день, где-то около 17-и часов, мы встретились с пробивающимися навстречу курятинцами, и по снежному коридору в направлении Барятино пошла техника». Восстановление впоследствии железнодорожного пути до Барятинской полностью не решило проблемы. Во-первых, сама станция Барятинская и её подъездной путь были досягаемы для дальнобойной немецкой артиллерии. Во-вторых, немецкая авиация господствовала в воздухе и бомбардировкой разгрузочных станций и перегонов затрудняла, а иногда и вовсе останавливала перевозки. Доходило до того, что немецкие самолёты вели охоту за отдельными паровозами.
       В-третьих, хотя Барятинская и стала основной разгрузочной станцией, но в момент самых ожесточённых апрельских боёв началась весенняя распутица. Все грунтовые дороги стали непроходимыми для автотранспорта, а гужевые повозки и небольшое количество тракторов передвигались со скоростью пешехода. В результате, положение войск с подвозом питания, боеприпасов и горючего стало крайне тяжёлым. Доставку грузов осуществляли даже вьючным способом: снаряды в мешках навьючивали на лошадей, которых вели в поводу. И это было не худшим способом. Часто использовали солдат, которые за 20 – 30 километров в вещмешках несли на себе продовольствие и боеприпасы, нередко преодолевая вброд болота и весенние ручьи с ледяной водой. Для этого солдат снимали с передовой, что ослабляло и оборону, и наступательные действия.
       По этим причинам питание тоже было скудным. В течение февраля – марта солдаты получали в день по одному сухарю и пачке супового концентрата. Приходилось питаться мясом убитых лошадей, копали картофель на неубранных осенью полях, обмолачивали оставшуюся рожь, подбирали продукты в сожжённых деревнях. Такое же плохое снабжение было и фуражом. Особенно тяжело это отражалось на боевых действиях артиллеристов. Из-за истощения лошадей в одно орудие приходилось впрягать по 6 – 8 лошадей, что создавало некомплект конского состава, поэтому батареи на огневые позиции доставлялись поочерёдно, поорудийно.
       11-го марта немцы повели наступление на позиции дивизии в районе населённых пунктов Филиппково и Сильковичи. Наступление, в котором участвовало до 500 человек пехоты, поддержанных батареей 203-хмиллиметровых орудий, удалось отбить. На следующий день нашей контратакой были заняты населённые пункты Слобода и Ракитня. 12-го марта роте автоматчиков 1270-го полка под командованием политрука Барковского была поставлена задача: зайти в тыл немцам и ударить навстречу своим подразделениям, которые будут наступать на Яковлевку. Автоматчики на лыжах достигли деревни, обрушились на сонный гарнизон и захватили несколько домов.
       Завязалась перестрелка. Автоматчики ждали удара с фронта, но прошёл час, другой, а наступления не было слышно. Батальон, приготовившийся к атаке на Яковлевку, ждал, когда начнётся атака автоматчиков, но ничего не слышал. Когда рассвело, Барковский понял, что совершена ошибка. В темноте они заблудились и атаковали не Яковлевку, а Каменку. (В воспоминаниях А. М. Фуколова названо Занозное. Но Занозное – это станция на пересечении Варшавского шоссе и железной дороги – конечная цель наступления 385-ой дивизии – Б. М.). На рассвете автоматчики на лыжах быстро отошли.
       17-го марта дивизией было организовано наступление на занятые немцами деревни Студёноё и Сильковичи, находящиеся на левом фланге дивизии и угрожающие ей с тыла при наступлении на Варшавское шоссе. Атакующим бойцам удалось приблизиться только на 400 метров к окраинам этих деревень. Огонь немцев был настолько интенсивен, что наши бойцы залегли на достигнутом рубеже. В этом бою был смертельно ранен и скончался заместитель командира дивизии полковник Филимонов. Тело погибшего было отправлено в тыл и захоронено в Мосальске. Одновремённо 1268-му полку была поставлена задача перерезать дорогу Яковлевская – Каменка – Лощихино. Командир полка приказал 1-му батальону демонстрировать наступление на Яковлевскую, а основным силам наступать на Каменку.
      Наступающие сосредоточились в Чумазовском лесу. С наступлением темноты вышли, в следующем порядке: впереди штурмовой отряд лейтенанта Дудко, 3-ий батальон лейтенанта Кашера и 2-ой батальон старшего лейтенанта Панцевича. С рассветом атака на Каменку проводилась без поддержки артиллерии, которая отстала во время ночного марша из-за глубокого снега. В деревню удалось ворваться всего пятерым бойцам, которые там и погибли. Остальные под плотным огнём противника были вынуждены отступить. В оперативном донесении немецкой 4-ой армии от 17.03.42 сообщалось: «40 тк: Отбита атака на Сильковичи и Студёново. Локализовано незначительное вклинение противника севернее нп. Яковлевская. 19-ая тд отбила атаку вражеской разведгруппы восточнее нп. Прасоловка».
       В результате напряжённых боёв только за первые дни марта 1270-ый полк потерял 400 человек. Авторы книги «Зайцева гора» пишут: «Вот так-то: мы наступаем, а немцы нас отбивают. Вообще, при чтении сводок о действиях подразделений 385-ой дивизии в феврале – марте 1942 года складывается впечатление, что советское командование не знает точно, чего оно хочет. Полки и батальоны дивизии ведут нескончаемые атаки то в западном, то в северо-западном, то, развернувшись фронтом, в южном направлениях. Мечутся, как пожарные команды во время катастрофы, и нигде не могут добиться успеха.
       «Наступление ведётся, как правило, без подготовки, без артиллерийской поддержки и «растопыренными пальцами», что приводит к неоправданно тяжёлым потерям. Не помогла даже смена командования дивизии. Шаблон наступления остался тот же. На примере 385-ой дивизии хорошо видно, как в результате бездарного командования со стороны дивизионного и армейского начальства от полнокровной дивизии остался неполного состава полк. Какое тут Варшавское шоссе, когда за месяц кровопролитных боёв результат почти нулевой». (Стр. 20).
       При подготовке весеннего наступления Западного фронта 385-ая дивизия 20-го марта была передана в состав 50-ой армии, и произошла передислокация частей на этом участке фронта. Позицию восточнее посёлка Гореловский заняла 239-ая стрелковая дивизия. В докладе от 25-го марта Верховному Жуков сообщал: «… 8. 20-ая и 10-ая армии. Изменений в положении частей на занимаемых рубежах не произошло. Противник на участках этих армий активности не проявлял».
       С 26-го марта 1270-ый полк вёл бои за Прасоловку. В ночь с 27-го на 28-ое марта 1270-ый полк при поддержке 1-го батальона 1268-го полка под руководством командира полка Сосновского провели очередную безуспешную атаку на деревню Прасоловку. 28-го марта бойцам 1270-го полка удалось ворваться на северо-восточную окраину Прасоловки, но закрепиться не смогли. В этих боях отличилась пулемётная рота И. В. Носова, а лейтенант Кашин взял в плен гитлеровского офицера. Немцы в это время предприняли атаку со стороны Гореловского. Рота автоматчиков под командованием политрука Барковского отразила атаку. В схватке Барковский был ранен, но остался в строю.
       В этих боях погиб новый командир 1270-го полка капитан Резниченко. Его тело с поля боя под огнём противника вынес связист Кудимов. Незадолго до этого полк потерял своего первого командира капитана Мозалёва. Смертельно раненый он продолжал руководить боем, за что посмертно был награждён орденом Красной звезды. Мозалёв был похоронен в деревне Чумазово Барятинского района. Подразделения 1268-го полка продолжали осаждать деревни Каменка и Яковлевская. Штурмовой отряд 8-ой роты 3-го батальона 1268-го полка получил приказ овладеть Каменкой с северо-запада. Утром 28-го марта отряд обошёл деревню и ударил с запада. В результате стремительной и неожиданной для немцев с этой стороны атаки штурмующим удалось захватить несколько домов. В бою был ранен командир штурмовой группы лейтенант Дудко. Отказавшись от эвакуации, Дудко продолжал руководить действиями группы, пока ещё раз не получил тяжёлое ранение в живот, которое оказалось смертельным.
                                    Документ: НАГРАДНОЙ ЛИСТ.
лейтенанта Дудко Николая Евстафьевича. 14 сентября 1942 г.
       "Дудко Н. Е., 1910 года рождения, украинец, кандидат в члены ВКП(б), до призыва в армию проживал и работал в совхозе «Ката-Талдык Ошской обл. Тов. Дудко, прибыв часть с самого её формирования (сентябрь 1941 г.), был назначен зам. командира стрелковой роты. За короткое время проявил себя как мужественный, волевой командир и позднее был назначен старшим адъютантом батальона. Участвовал в боях с германским фашизмом с 9 февраля 1942 г. до 27 марта 1942 г. под селениями Лощихино и Яковлевка Смоленской области. В бою под селением Лощихино 17 февраля 1942 г. после ранения командира роты тов. Дудко принял командование ротой на себя. И, будучи тоже ранен, руководил ротой до исхода боя, уничтожив при этом до 35 фашистских солдат. 24 марта 1942 г. он был назначен командиром штурмового отряда, как лучший и бесстрашный командир, и 26 – 27 марта 1942 г. со своим отрядом штурмовал деревню Каменка.
       "Вёл беспрерывный бой с укрепившимся в деревне врагом, показывая при этом своим бойцам примеры мужества и отваги. Всегда спокойный и бесстрашный, дважды врывался в деревню и выбивал враг с его укреплений штыком и гранатой. В этом бою он был ранен второй раз, но, настойчивый в своём деле, не покинул поле боя. Непрерывно штурмуя врага в течение двух суток, вёл бой и уничтожил со своим отрядом до 75 фашистских солдат и офицеров. 27 марта 1942 г. вражеская мина оборвала жизнь прекрасного, волевого, до конца преданного делу партии Ленине и социалистической Родине, бесстрашного воина-командира, большевика. Тов. Дудко достоин правительственной награды – ордена Ленина.
       Командир 1268 сп майор Сальников.
Военком полка бат. комиссар Антипов.
«Достоин награждения орденом Ленина». Командир 385 сд полковник Дудников.
Военный комиссар 385 сд батальонный комиссар Петров.
(ЦАМО, ф. 385, о. 10037, д. 10, л. 65 – 66)". (Интересно, больше я нигде не встречал, что командиром 385-ой дивизии был полковник Дудников).
     28-го марта часть 1266-го полка ворвалась в северо-восточную окраину Прасоловки, но дальше продвинуться не смогла. Таким же неудачным было наступление другой части полка на Каменку. Наступление было остановлено 8-ью немецкими пулемётами, в результате атакующим пришлось залечь в 300-ах метрах от деревни. 29-го марта наступление 1266-го полка на Прасоловку было остановлено огнём немецкого дзота. Нашим артиллеристам удалось прямым попаданием повредить дзот, но пулемётный расчёт уничтожен не был и продолжал огнём сдерживать наступавшую пехоту.
       30-го марта 1270-ый полк при поддержке подразделений 1266-го и 1268-го полков сосредоточились в роще «Сердце». Положение подразделений 385-ой дивизии, наступавших из рощи «Сердце» в направлении Малиновского, было трудным. Они находились на выступе шириной два и глубиной полтора километра. Такое расположение, имея опорные оборонительные пункты Гореловский и Прасоловка, было удобным для противника. Фланговый артиллерийский и миномётный огонь из этих пунктов хорошо накрывал наступающих и лишал их маневра. 31-го марта в 5-00 сводная группировка, стараясь использовать фактор внезапности, бросилась на Прасоловку. Но была обнаружена. Противник с помощью огня укрытого танка атаку отбил. И наконец-то, после пятидневных атак в оперативной сводке Генштаба от 31.03.42 г. с преувеличением насчёт «опорного пункта противника» сообщалось: «50-ая армия частью сил 30.03 овладела опорным пунктом противника Гореловский».
       Пусть читателя не смущает сосредоточение трёх полков против одной деревушки. 17-го апреля боевая численность (как тогда говорили «активных штыков») полков 385-ой дивизии составляла: 1266-го – 44 бойца, 1268-го – 90 бойцов и 1270-го – 70 бойцов. Маршал К. К. Рокоссовский писал по этому поводу: «Обидно было, когда нас упрекали за неуспех в ряде проводимых операциях, ссылаясь на то, что у противника меньшее количество дивизий, чем у нас. Но дело-то в том, что численность личного состава немецких дивизий по сравнению с нашими была выше в несколько раз. Из дивизий противника, понёсших большие потери, весь рядовой и младший командный состав передавался для укомплектования других дивизий, а командование и штабы выводились в тыл для новых формирований, чего у нас не делалось.
       «Поэтому неудивительно, когда сейчас со стороны многих лиц приходится часто слышать удивление: как же это получалось, что у нас в ряде операций по количеству дивизий было больше, чем у противника, а мы отступали, или не могли прорвать оборону». (Стр. 175). В другом месте он добавляет: «Мы забыли, что дивизия – это 8 тысяч бойцов. Наши соединения насчитывали 3,5, а то и 2 тысячи человек. Редко какая дивизия имела 4 тысячи, и то после одного – двух боёв по численности приближалась к остальным. Между тем, у противника численность личного состава пехотной дивизии достигала 10 – 12 тысяч, а танковой и моторизованной – 12 – 15 тысяч». (Стр. 156).
       Другую важную причину называют авторы «Зайцевой горы»: «В чём причина, что три стрелковых дивизии и танковая бригада, пусть уже обескровленные предыдущими боями, несколько суток подряд штурмуют три населённых пункта, несут огромные потери – и никаких результатов? А дело всё в том, что бойцы бросались в наступление на неподавленные точки противника, часто даже не зная расположение его огневых средств. Немцы подпускали атакующих на 100 – 300 метров и расстреливали их, практически, в упор. Вполне закономерен вопрос: а как же наша артиллерия, которая должна была поражать огневые точки и очаги сопротивления противника? Артиллерия была, артиллерийские полки были в каждой стрелковой дивизии, придавались также и артиллерийские полки резерва Главного командования. А вот с боеприпасами к этой артиллерии дела обстояли значительно хуже.
       Продолжение в 3-ей части. http://belovodskoe-muh.ucoz.ru/publ/moi_ocherki/po_imeni_goroda_kricheva_385_aja_krichevskaja_divizija_chast_3_ja/2-1-0-265

Категория: Мои очерки | Добавил: Борис (12.01.2018)
Просмотров: 197 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0